Электронная книга - «Убить Героя». Краткое содержание книги:
"Это также главная причина, по которой Гильдия Мессии и Федерация Ямато считают Пак Ён-вана своим врагом".
Это также было одной из причин, по которой Гильдия Мессии без колебаний избавилась бы от Пак Ён-вана.
Мало того, что они думали, что контактов, которые Пак Ён-ван имел в Японии, было достаточно, чтобы угрожать им, именно там они впервые попытались воспользоваться Пак Ён-ваном.
Для них Пак Ён-ван был явным фактором риска.
— Я дам тебе контакты брокера.
Это было действительно несправедливо по отношению к Пак Ён-вану, который не знал об этом факте.
— Лучше всего использовать какой-нибудь пароль, если, конечно, у вас его еще нет.
— Пароль? Можешь сам придумать.
— Я думаю, что "патриотическое мученичество" подойдет.
— Патриотическое мученичество... Ладно, я передам это брокеру.
Конечно, для Ким У-чина было важно не это.
"Я уверен, что для подслушивающих этой информации достаточно".
Были люди, которые подслушивали их разговор.
— Спасибо.
На этом разговор и закончился.
* * *
Статус и влияние Пак Ён-вана в Корее были весьма значительными.
Если совсем немного преувеличить, Пак Ён-ван имеет достаточно влияния, чтобы организовать встречу с президентом.
Однако самым удивительным было то, что статус Пак Ён-вана за границей был даже выше, чем в Корее.
За рубежом оценка Пак Ён-вана была очень высокой.
Причиной, конечно же, была Гильдия Мессии.
Было бы странно, если бы Пак Ён-ван, который почти в одиночку поднял статус Гильдии Феникса, следуя по стопам Гильдии Мессии, был низок.
Вот почему японский брокер не сдерживался, когда заботился о помощнике Пак Ён-вана.
Благодаря этому, связавшись с брокером, Ким У-чин проводил день в манере, которую можно было бы назвать "абсолютной роскошью".
— Проклятие. Кто-то ест меню за 50 000 иен в дорогом суши-баре, а кто-то должен есть в круглосуточном магазине.
Именно по этой причине Ли Чин-а, который тоже ждал в Японии, не мог не открыть рот.
— Это чертовски раздражает.
Принимая во внимание личность Ли Чин-а, когда он даже рисковал своей жизнью ради еды, наблюдение за тем, как Ким У-чин наслаждается такой дорогой едой, ничем не отличалось от пытки.
— Эй, Чин-а.
О Се-чан, который мог слышать его жалобы по телефону, не мог не спросить ошарашенным тоном.
— Разве ты не потратил вчера более 70 000 иен на еду в круглосуточном магазине?
— Да?
— Что можно накупить съестного в круглосуточном магазине на 70 000 иен, а? Я даже не могу себе этого представить. И это был всего лишь один прием пищи, даже не на целый день.
— Н-неужели я так много съел? Я просто выбирал то, что выглядело восхитительно, и ел это…
При этих словах Ли Чин-а слегка надулся.
— Эй, японские цены просто смешные. Я только что съел несколько закусок, а цена уже поднялась до 70 000 иен.
— Чин-а.
— Да?
— Если бы расходы шли из моего кармана, я бы уже избавился от тебя.
— Ах, Хён, эта шутка была слишком грубой…
— Я серьезно.
Услышав эти слова, Ли Чин-а слегка вздрогнул, почувствовав искренность в голосе О Се-чана, и быстро сменил тему.
— Сколько нам еще здесь оставаться? Мы же не можем оставаться здесь вечно, правда?
О Се-чан ответил на его вопрос очень просто.
— Должно быть скоро все начнется. Мы уже достаточно закинули им наживок, так что в ближайшее время они должны сделать предложение.
— Какое предложение?
— Они сделают обычное предложение, например, попросят помощи в извлечении предметов у игрока, который умер в подземелье.
Услышав это, Ли Чин-а прищелкнул языком.
— Но разве это не слишком очевидно?
— Это классика, даже если она очевидна. И это всегда срабатывает. Этот босс подземелья — суккуб, не хочешь помочь нам его зачистить? В следующий раз они попросят что-нибудь подобное.
— А есть подземелья с суккубами?
О Се-чан фыркнул, когда Ли Чин-а задал этот вопрос.
— Что? Тебе это интересно?
— Хён, я Ли Чин-а, мужчина. Если существует такое подземелье, конечно, ты должен мне об этом сообщить.
— Ну, суккуб, вероятно, покончил бы с собой сразу же после встречи с тобой, так что это не должно быть слишком большой проблемой. Я скажу тебе, если такое подземелье появится.
— Эй, серьезно.
И в этот момент...
— По крайней мере, у меня еще есть волосы!