Мрачная ночь

– Уходи, пока не поздно.

– Что вы делаете? – крикнула я, – Вас же разорвут!

Старик поправил книгу в руках и спокойно ответил:

– Меня – нет, – и снова повернулся к выходу.

– Стойте! – я вскинула пистолет. Дождавшись, когда Пётр Михайлович повернётся и увидит оружие, я высказала свою догадку, – Творящееся там, Ваших рук дело?

Он глубоко вздохнул, пытаясь подавить ярость:

– Я спас тебя не для того, чтобы ты наставляла на меня ствол, – прошипел старик, подобно змее.

– Не сотвори Вы этой бойни, никого не пришлось бы спасать, – злобно ответила я, – Сядьте! Меня интересует, что вы сделали с этими душевнобольными людьми и как это остановить.

– Никак, – прошептал Петр Михайлович, опускаясь в кресло напротив своего стола, – этот ритуал невозможно остановить, он так или иначе заберёт причитающееся.

– В чём он заключается? – после увиденного я даже не сомневалась, что в этом всём замешано что-то за гранью логики и понимания, потому не стала настаивать на том, что это полный бред. Хотя выглядело происходящее так, словно я сама сошла с ума и теперь блуждаю по своим безумным чертогам разума, сидя в одной из палат.

Старик явно не хотел делиться со мной информацией, но, глянув на вороное дуло, начал:

– Это очень древний обряд языческих племён славян. Его исполняли только воистину мощные ведьмы и колдуны. Не каждому он был под силу и дело не только в магических знаниях и опыте, но и моральной подготовке. Ибо не все смогут сделать то, что нужно.

– И что же это? – я слушала его внимательно, но не выпускала из виду его конечностей. Между делом я вспомнила, что неплохо было бы позвонить в милицию и подняла трубку.

– Он не работает. Как и все телефоны в станице. Мне пришлось пробраться на телефонию и отрубить связь, чтобы у меня было время исполнить задуманное.

– Холера! – выругалась я.

– Славяне брали двух избранных, коих указывала сама ведьма…

– Больше похоже на диких бритов или африканские племена, нежели на славян, – сказала я, не понимая.

– Не все язычники на Руси, которой тогда ещё не было, веровали одинаково. У каждых была своя религия, свои боги. Не мешай мне, если ничего в этом не понимаешь, глупая девчонка!

– Ну уж простите, – с сарказмом ответила я.

Он бросил в мою сторону волчий взгляд, но продолжил:

– Обычно, это были люди, тесно связанные друг с другом. Такие, как брат и сестра, например. Это считалось большой честью, отправиться к богам таким образом…

– «Да уж хороша честь, кормить червей раньше времени», – подумала я, но старика перебивать не стала.

– Их привязывали к двум деревьям. Первого убивали тут же, проводя вступительные церемонии. Отрезали уши, чтобы земные звуки не мешали ему медленно отправляться к небесам, веки в знак того, что он больше никогда не уснет грязным сном, и губы, чтобы никогда не вкусил греховную пищу. После, его сжигали вместе с деревом. А прах и кости использовали в дальнейших обрядах. Второй человек без еды висел на дереве три дня. Таким образом он очищался и находил общий язык с предками. Воду ему могли подносить специально освещённые люди – присны. Обычно, они были из семьи жертв, но не всегда. Впрочем, в эксперименте, проведённом в девятнадцатом веке, этого не было. Сама ведьма все эти три дня не спала и готовилась к основному действию. В полночь разжигали костры и приносили в жертву второго человека. И ещё от шести до двенадцати рабов, захваченных в многочисленных набегах…