Полустанок
- Автор: Сержантова Иоланта Ариковна
- Год: 2019
- Язык: русский
- Год: SelfPub.ru
- Жанр: Природа и животные
Электронная книга - «Полустанок». Краткое содержание книги:
– А куда ты утром собирался?
– Орешник нашёл, хотел тебе орехов набрать.
– А в голубятне как оказался?
– Да до того, как за орехами идти, решил проверить, на месте ли кастрюли. А парни-то меня там и поджидали. Просили, чтобы не говорил никому, что видел их. А я врать не могу. Ты же знаешь. Так им и сказал.
В целом, сын отделался лёгким испугом. За меня. И очень сожалел, что у него нет ножичка с отвёрткой, которым можно было бы открутить болтики замка голубятни. А я жалела… Да не жалела я ни о чём. Просто радовалась, что сын рядом. И я видела своими глазами, как на песке появляются следы его маленьких ног.
Да, кстати, мамаша похитителей нашего сына заявилась к нам на кордон с просьбой не писать заявление в милицию. И с предложением покупать у неё молоко.
Мы согласились с первым и отказались от второго. Ну мы ж как дети – легко забываем плохое и долго помним о хорошем.
Палата номер раз
Они были людьми. И этим сказано всё.
Птицы в лесу почти всё время поют. Молчат в течение часа во время рассвета и столько же – на вечерней заре.
Именно во время утреннего затишья сын подошёл ко мне и тихонько сказал:
– Мам, там что-то чёрненькое внизу лежит, где козы. Мне кажется, что это козлёнок…
– Ой! Ура! Бегу!
– Мам, ты не беги, не ура. Он, кажется, неживой…
– Ой…
Чёрный маленький козлёнок, сын Катьки и Борюсика, действительно не дышал. Он лежал на сене, раскинув ножки, а козы стояли рядом и пытались на него не наступить.
Последний месяц я почти не спала по ночам. Заглядывала к козам каждый час. Ставила будильник, по звонку бежала к ним, переводила стрелку на следующее деление, и так – всю ночь. Боялась, что козлёнок родится без меня или что козы его затопчут. Случилось и то, и другое.
Катька родила, но у неё не отошло детское место. На помощь со стороны рассчитывать не приходилось. Пришлось надевать стерильные резиновые перчатки и отдирать его самой. Потихоньку, аккуратно, чтобы не оборвать внутри. Во время первой процедуры Катьку держали за её маленькие аккуратные рожки. В следующий раз она покорно стояла сама.
Я гладила Катьку по голове и по животу, давала лекарства… И на третий день, когда был удалён последний кусочек детского места, у козочки появилось молоко. И она стала доиться. Давала ровно сто миллилитров – ни больше, ни меньше!
В первые дни молочко было кремовым от крови. Потом стало белым, густым и приятным. Приходилось разбавлять его водой и брать совсем немного крупы, чтобы получилось несколько ложек молочной каши. Я варила её для сына да всё ждала – вот-вот родит Зорька, и у нас будет так много молока, которое не будет нужды портить, добавляя воду.
Но прошёл месяц, потом ещё неделя, а Зорька вроде бы как передумала рожать. В животе – никакого шевеления, и из степенной дамы на сносях она превратилась в прежнюю непоседливую гражданку. Конечно, проще всего было бы предположить, что наша старшая коза пережила ложную беременность и что биение и шевеление её плода – не более чем наши фантазии. Но увы. Всё это было, и в одночасье исчезло. Даже живот стал намного меньше…
И вот однажды вечером муж сказал:
– Надо резать.
– Нет! Не надо!
– Слушай, ветеринар сюда не поедет, а с нею явно беда. Если мы её не зарежем, то столько мяса пропадёт.
Я зарыдала и ушла в лес, а мои мужчины увели козу на то место, где обычно казнили кур. К сараю…
Пока я уходила подальше от кордона, сын нагнал меня и сказал, что папа попросил его побыть со мной.
Несколько часов спустя в коридоре стояло ведро маринованного мяса. Мои мужчины не смогли его есть, как ни пытались. Я же целый месяц кидала на сковородку маринованное мясо козы, которую научила ходить на задних ногах, которую причёсывала длинными зимними вечерами, которой пела песни… Я съела козу, которая провожала меня до полустанка по глубокому снегу, когда, испугавшись лайки, отставшей от браконьеров, я не решилась идти от кордона одна.
Я жевала и напоминала себе, что у Зорьки не было шансов. Ещё день – и она бы погибла от заражения крови. Да, я её ела! И мне было так вкусно…
А сейчас – пишу и плачу. Излишняя впечатлительность и голод порой вытворяют с нами такие странные и страшные вещи…