План по захвату профессора

Дверь со стуком распахнулась и слегка праздный (читай не слегка пьяный, но это его обычное состояние) доцент Евстигнеев ввалился в аудиторию. Он подобострастно преклонил колени перед заведующей и двинулся к ней ползком с букетом цветов.

— Утром — деньги, вечером — стулья! — остановила его на полпути баба Галя. — Так что вставай, Антон Михалыч. Занимай свое место. Лобызания и одарки после официальной части.

— Вас понял, — поддато икнул Евстигнеев и, потеснив коллег, сел рядом с Нагорным.

От доцента действительно пахло праздником, произведенным на безызвестном армянском ликеро-водочном заводе. Видимо, юбилей заведующей был отмечен в его личном календаре красным цветом.

— Андрей Евгеньевич, вы знаете, что я вас уважаю?

— Пока я знаю только то, что вы уважаете паршивый армянский коньяк с тремя звездами. Хотя, судя по амбре, я бы не удостоил его и одной…

Евстигнеев восхищенно и по-собачьи преданно заглянул в глаза Нагорному.

— Вот это класс! Теперь я уважаю вас еще больше, профессор. Определить по запаху количество звезд — вот это мощь.

— Умерьте пыл, коллега. Количество звезд я определил по этикетке на бутылке, торчащей из кармана вашего пиджака.

Антон Михалыч расхохотался, икнул и следом закашлялся.

 Андрей оказал ему посильную помощь, влив в него одну пятую трехзвездочного. Доцент благодарно икнул и подпер щеку левой рукой. Пару минут он сидел молча, но потом терпение покинуло его: он прихватил свои, как выразилась баба Галя, одарки и пошел к имениннице. Заведующая решила, что с таким легче выпить, чем объяснять отказ, щедро хлебнула из евстигнеевской бутылки, занюхала подаренным букетом и призвала всех вернуться на свои места. Да, день рождения, но заседание само себя не начнет. Однако агнецы уже расслабились и решили самовольно перейти от еще даже не начавшейся официальной части к фуршету. Помогал им в этом Евстигнеев со своей бездонной бутылкой коньяка. Три звезды (и даже полное отсутствие «звездатости» по оценке Нагорного) всех устраивали.

Галина Васильевна с трудом распихала всех агнецов по местам, отправила Евстигнеева на заклание и, наконец, перешла к повестке дня.

Через положенные два часа она, по старой доброй традиции, кончила, и началась торжественная часть.

Нагорный вида для подержал в руках стопку, поздравляя заведующую. Ему быстро наскучило местное общество: трезвому находиться в пьяной компании совсем не комильфо. К тому же, хотя ему было нелегко себе в этом признаться, он не мог думать ни о чем другом, кроме таинственной незнакомки. Несмотря на то, что с их последней встречи прошло уже больше недели, он не терял надежд на новое свидание. Их трехминутное общение на темной лестнице музея современного искусства его раззадорило, и теперь он очень хотел реабилитироваться самым грязным способом. Только где ее искать…