Дракон и солнце 2. Снег к снегу (СИ)

Как и ожидалось, командир Марон поначалу не поверил в то, что мелкая пигалица уделала Астрид. Даже рекомендации заслуженного легионера и письмо генерала его не сразу убедили, уж очень все это не вязалось с видом девчушки, сидевшей за столом в компании молока и печенья. Понимая опасения командира, она мило улыбнулась, допила молоко и развалила глиняную кружку Крапивником на две ровные половинки.

- Ну хорошо, - согласился командир. - Верю. И должен сказать, все это очень вовремя, ведь скоро намечается визит императора.

- Так где Братство? - потребовала конкретики Безликая.

- Наши агенты нашли их Убежище неподалеку от Фолкрита, вот здесь, - отметил он на карте. - Пароль к двери: “Тишина, брат мой.”

Командир попытался навязать ей в подмогу целый отряд, но она отказалась. Братство убийц - это всегда вопрос деликатный, заявила она, а солдаты, как известно, люди прямолинейные. Лучше не надо.

Тем не менее, Хадвар, который должен был сопровождать ее только до Драконьего Моста, все равно задумался о дезертирстве, чтобы двинуть вместе с ней к Фолкриту. Арья с трудом сумела убедить его, что Братство не стоит беспокойства и что Джон расстроится, если такого хорошего человека казнят.

Так что в итоге, отбившись от всех доброжелателей, к Убежищу она отправилась одна. Призрак навещал ее каждый вечер, и лишь вчера Джон, кажется, наконец-то понял, что она неплохо справляется с тяготами дороги (разумеется, в Вайтран) и самостоятельной жизнью. Во всяком случае волка братец-наседка не прислал.

К концу восьмого дня, когда сгустились серые, подернутые сосновой пыльцой сумерки, она выехала на дорогу, ведущую прямиком к Фолкриту. Заехав в этот крохотный вялый городок, она оставила лошадь на конюшне, поручив ее заботам местного подразделения Легиона, и вернулась немного назад по дороге. Убежище было неподалеку и она решила, что настала пора принять нужный облик.

Вскоре из кустов на дорогу вышла Астрид, самоуверенная выскочка, мнящая себя большим умельцем. Роль близкая и родная и для самой Арьи, подумала она с усмешкой.

Убежище было рядом, она буквально чуяла его всем своим существом. Крыло смерти накрывало этот лесной уголок, гасило звуки, глушило цвета. Она сошла с дороги, влекомая еле уловимым запахом тлена, обогнула нависающий выступ и увидела черную дверь в глубине каменного грота. Сбоку виднелась гладь смоляного озерца, пускавшего задумчивые, ленивые пузыри.

- Что есть музыка жизни? - спросил ее замогильный голос.

- Тишина, брат мой, - торжественно ответила Арья-Астрид и подумала: “Да какой ты мне брат, дверь поганая. Мой брат - дракон, умный и красивый, а ты, доска с ручкой, в родню не набивайся.”

- Добро пожаловать домой, - тупо ответила дверь.

Ну, добро так добро, пожала плечами Арья. А если что, не жалуйтесь, сами пригласили.

Пройдя по заросшему мхом скальному коридору и миновав предбанник с массивным столом, она плотно завернулась в бурый дорожный плащ и вышла в большую пещеру с озерцом и водопадом. Сбоку притулилась кузница, в левом углу виднелась драконья стена, на которой сохли чьи-то портки; широкая лестница уводила наверх в какие-то норки - вероятно, спальни и прочее хозяйственное. Над водопадом алел вполне зловещий витраж.

Все это было, несомненно, интересно, но еще примечательнее была компания, собравшаяся у озерца: кучка народу, по большей части одетая в черно-красное, если не считать обычной девочки лет десяти на вид (да что она вообще тут делает?), и Цицерон, который как раз ругался со здоровенным белобрысым мужиком, похожим на взъерошенную собаку. Ящик с Мамулей стоял по соседству.

- Это что за вопли? - требовательно спросила она, делая шаг из тени.

- Астрид, - ахнула толпа.

- Смотрю, Мамуля доехала в целости, - прищурилась Арья.

- О да, мы дома, дома! - ликовал маленький шут, выделывая припадочные коленца. - Цицерон так счастлив!

- Господин Цицерон, стремлюсь заверить вас, что прибытие Матери Ночи наполняет и мое сердце радостью, - вставил словцо морщинистый бритый тип в укороченном балахоне.

- Вот и хорошо, что наполняет, - ответила она вместо шута. - А у остальных с этим как? Есть недовольные? Нет? Прекрасно. Помогите Цицерону расположиться и займитесь своими делами.

- Ты, любовь моя, сегодня прямо сама не своя, - по-хозяйски потянулся к ней белобрысый. - Были сложности?

Арья уперлась ему рукой в грудину.

- Не смеши. Но мне надо кое над чем поразмыслить. Иди пока помоги Цицерону.

- Пусть сам таскает свой ящик, - совершенно по-песьи заворчал мужик.

- Это наш ящик. Иди.

Вернувшись в предбанник, она уселась и закинула ноги на стол. Еще в Коллегии, до того, как выезжать, она расспросила бардов о Темном Братстве, и, разумеется, это всезнающее и болтливое сообщество быстро растрепало ей все тайны зловещей организации. Арья всякое в своей жизни повидала, но даже у нее зашевелились волосы от рассказа о том, как Ужасный Лорд Ситис, сама суть пустоты, явился к некой даме и неведомо как заделал ей аж пятерых ребятишек, а дама, экзальтированная штучка, взяла да и принесла их Ситису в жертву, став Матерью Ночи и Несвятой Матроной. Мамуля давно почила, но ее кости, за которыми следит и ухаживает назначенный Хранитель, все еще болтаются по миру живых и передают верным волю Ситиса. Воля эта, впрочем, сводилась главным образом к тому, что кто-то кого-то хочет порешить и надо ему в этом помочь.