Тебе не жить, братик! (СИ)

…Звук растёгивающейся молнии. Его руки нетерпеливо начинают блуждать по моему телу, пробираясь под кофту и больно сжимая руки на месте, ниже поясницы. В любой другой момент мне было страшно, но сейчас я готова была забыть, если он остановится. На улице лютый холод, а я чувствую себя, как на невыносимой жаре. Те участки кожи, куда прикасаются его руки, просто пылают огнём, так как и мои искусанные в кровь губы.

Я не позволю ему закрыться от меня. Я найду способ снова вернуть его доверие. Если я ему хоть немножко дорога, он поймёт меня. Я чувствую, что… Что мы нужны друг другу. Не как сестра и брат. Как же я ненавижу эту фразу.

…Волшебство заканчивается так же внезапно, как и началось. Парень отскакивает от меня, как будто его кто-то укусил. В лицо сразу же ударяет холодный порыв ветра, отрезвляя разгорячённую кожу похлеще ледяной воды. То тепло, окутывающее всё тело пару секунд назад сейчас превратилось в какое-то липкое ожидание.

— Что мы творим? — отходя подальше от меня, обопираясь рукой о стену, опуская голову и прикрывая глаза, хрипло воет парень. — Что я, блядь, творю! Ты же моя сестра, твою мать!

Сестра… Обычное слово больно врезается в сердце, оставляя после себя ноющую рану. Я для него всего лишь сестра. Дура, наивно полагавшая, что после двух поцелуей он изменит ко мне своё отношение. Это для него просто физическое влечение. Я для Ярослава так и осталась ребёнком, младшей сводной сестрой. Только вот для меня он перестал быть братом…

— Какого чёрта ты свалила из дома?

— Вике парень изменил. Она в клубе отключилась, кому-то нужно было её забрать. Она моя лучшая подруга, Яр.

Поднимает глаза на меня, как-то вымученно вглядываясь в моё лицо. Подходит и просто молча прижимает меня к себе, только в этот раз он расслаблен, только дыхание немножко сбито, как и у меня впрочем.

— Ты в первую очередь должна была позвонить мне, мелкая, — устраивает подбородок на моей макушке. — Я чуть с ума не сошёл, когда не нашёл тебя в квартире.

Он волновался. Значит я не так безразлична ему. Хотя, да, не безразлична. Как сестрёнка. Может он просто чувствует за меня ответственность перед родителями. От этого намного хуже.

— И что ты сделал?

— Начал набирать твой номер, — с укором отвечает, опуская на меня глаза.

— Если бы я тебе позвонила, ты бы меня точно не пустил, — шмыгаю носом.

— Конечно не пустил, сам бы поехал.

— Но она тебя почти не знает. Что бы ты сказал ей, когда приехал?

— Минаева, — ого, первый раз слышу, чтобы Ярослав называл меня по фамилии, — тебе твоя жизнь важнее или кто заберёт из клуба твою подругу?

Ниже опускаю плечо, понимая, что он в очередной раз прав.

— Я всегда буду тебе звонить, если мне понадобится помощь.

Не вижу, но чувствую, как он улыбается. У меня на лице тоже против воли появляется лёгкая улыбка. Он не ушёл. Он со мной. Всё будет хорошо теперь.

— Пошли в дом, мне тебе нужно кое-что рассказать.

— Вы нашли того парня? — с надеждой поднимаю на его глаза, больше всего желая, чтобы парень кивнул головой.

— Пока нет, — отводит взгляд, — но ты же знаешь, что я слов на ветер не бросаю.

Знаю. И верю ему. Просто всё сейчас так сложно.

Отстраняется от меня и тянет вверх замочек, застёгивая куртку. Он на некоторое время задерживает взгляд на моём лице, осторожно прикасаясь к припухшей и потресканной нижней губе.

— Больно?

Господи, что он творит? Лицо сразу же окрашивается в ярко-пунцовый цвет. Пусть он подумает, что это от мороза. Фиг там, парень сразу всё понял, со свистом втянув в себя воздух.

— Пошли, — тянет меня за руку в тёмный подъезд.

— Новость плохая или хорошая? — сняв с себя верхнюю одежду, спрашиваю, усаживаясь на тумбочку в прихожей.

— Пятьдесят на пятьдесят, — роется в карманах и достаёт оттуда какие-то фотографии, потом присаживается напротив меня на корточки и размещает ладони на коленях, внимательно смотря в моё лицо, будто пытается подготовить меня к чему-то.

— Ты знаешь этих людей? — ложит мне на колени пять или больше небольших фото.

Щурю глаза, с интересом и каким-то беспокойством разглядывая фотографии. На первых двух совершенно незнакомые мне парни лет так за двадцать с обычной, ничем не примечательной внешностью, которых в толпе увидишь, и забудешь. На третьей уже был мужик постарше, с щетиной и вьющимися чёрными волосами, да и взгляд бандитский. Вот такого я бы точно запомнила, если бы увидела где-нибудь. Четвёртый вообще подросток лет шестнадцати, никак не вяжется со всеми этими фотками. И последняя… Вот это уже интересно.

— Это мой одноклассник, — показываю Ярославу последнюю фотографию Артёма Мореева. Я о нём не знаю вообще ничего, мы с ним никогда не общались, в нас были только совместные уроки.

— Уверена? — парень заметно напрягся.

— Конечно. К чему все эти фото?

Проводит языком по внутренней стороне щеки, пару секунд думая, как правильно мне всё объяснить.

— От этих людей тебе следует держаться подальше, Ник. Они все приятели Золотарёва.