Обжечься светом

Девушка немного испуганно согласилась.

– Дальше: назначь срочно собрание утром. Позвони пораньше по этому номеру, – я достал листок с телефоном врача, – узнай, во сколько операция, фамилию врача, спроси, точнее, выясни конкретную сумму, что нужна ему. И узнай, в больнице ли еще мой отец. Позвони Ларисе, сейчас позвони, скажи, чтобы была у Макса.

Мне кажется, она побледнела, пока тыкала пальцами в телефон, а мне самому от своих последних слов хотелось лезть на стену. Но это позже, надо собраться и выяснить, что случилось.

– Что вы будете делать с верхними этажами? Переносить лабораторию?

– Лабораторию? – я не совсем понял, о чем она, пока мне не объяснили, что девятый этаж затопило, и прогорели перекрытия.

Стоило позвонить директорам департаментов, чтобы занялись этим. Я не понимаю, когда Макс успевал все: судя по его расписанию, у него не было свободного времени, либо встречи с разными людьми: от новых сотрудников до представителей органов власти, либо выезд на презентации оборудования, либо ужин с партнерами, инвесторами. Неизвестные имена я обвел и уточнил у секретаря. Это оказались его знакомые врачи, с кем он учился или недавно познакомился, и просто знакомые, встречи с которыми он сам просил записать, без уточнения. Перед ними я поставил восклицательный знак! Хотя это ничего не давало. Я попросил не отменять его встречи и согласовать со мной и отпустил девушку.

Не стоило мне продолжать просматривать видеозаписи. Никак не скроешь от себя то тоскливое волнение, которое наскоро было задвинуто куда подальше. Но это не все, что я испытал, разглядывая Софию на экране. Я смотрел на нее: первый этаж, лифт, третий этаж, смотрел и никогда не видел ее ближе и ярче, чем на этом экране! И вряд ли еще увижу. Тоска остро перетекала в печальное, уже черствое чувство, стоило мне на секунду забыться. Я выключил экран, запустив окончательную темноту в кабинет.

На улице у входа меня ждал водитель. От холодного ветра я скорее спрятался на заднем сидении авто. Мне не хотелось никакой компании, водитель это всего лишь водитель. Но может об этом и говорила София? Я слишком далек от тех людей, что работаю на меня? Вот именно, людей. Она бы так сказала. Почему она так убеждена, что я смотрю на всех свысока? Не думать, не думать об этой женщине! Насладиться тишиной, темнотой и спокойной, мягкой дорогой! Я еду домой с кучей дел и не знаю, как это буду разгребать. Надо будет завтра узнать, как прошла операция Макса. Невероятно, что он попал в больницу! Еще нужно выяснить, как и почему это произошло. Может София права насчет меня? Я не представлял, чем мой друг занимается и насколько он выносит всю работу практически один. То, что делал я – капля в море. Я не замечал, не хотел замечать из чего строится успех нашей компании, для меня это было естественно. А все держалось на Максе. И вот, когда я увидел его неподвижное лицо, я испугался в первую очередь одиночества и несамостоятельности, поэтому София права. Она поселилась в моей голове, так же, как и боль, и нет никакого средства, чтобы избавиться от этого, нет еще такой таблетки, только терпеть и пытаться отвлечься. Отчасти, есть на что.