В плену у полуночи [ЛП][Taken by Midnight-ru]

Дверь распахнулась и Брока пронзила пара нечитаемых глаз ярко золотого цвета.

— Тук-тук, это Эйвон (Отсылка к рекламе компании Avon шестидесятых годов.), — сказал Брок вместо приветствия и поднял черную кожаную сумку с личными вещами, которые он забрал из своих апартаментов ранее. — И что значит я должен был прийти только через одиннадцать минут? Дружище, не говори мне, что ты из тех заносчивых соседей по комнате, которые все делают по часам. Мои выбор был ограничен, когда ты и Чейз заняли последние свободные комнаты в бункере. И, честно говоря, если бы нам с Гарвардом пришлось делить апартаменты, я не уверен, что мы бы оба дожили до следующей недели.

Хантер лишь промолчал, когда Брок обошел его и прошел в вглубь апартаментов. Он бесшумно проследовал за ним в спальню, словно призрак. — Я думал это кто-то другой, — немного запоздало сказал он.

— Да? — Брок обернулся, чтобы посмотреть на мужественного члена Рода первого поколения, питая искреннее любопытство к самому новому и замкнутому члену Ордена. Не говоря уже о том, что он стремился отвлечься от жарких мыслей о Дженне Дэрроу. — Кого ты еще ждал, кроме меня?

— Это не имеет значения, — ответил Хантер.

— Окей, — пожал плечами Брок. — Просто пытаюсь поддержать беседу, вот и все.

Выражение лица Хантера осталось невозмутимым, абсолютно нейтральным. Оно и не удивительно, учитывая, что он рос и воспитывался как личный ассассин Драгоса. Черт, да у него даже нормального имени не было. Как и ко всем солдатам в персональной армии Драгоса, которую он выращивал с помощью Древнего, к нему обращались, ссылаясь на его главное предназначение в жизни: Охотник.

Он присоединился к Ордену пару месяцев назад, когда Брок, Николай и еще несколько воинов совершили рейд на собрание Драгоса со своими агентами. Во время схватки Хантер был освобожден и теперь выступает против своего создателя в попытках Ордена ликвидировать Драгоса.

Брок остановился перед двумя двухэтажными кроватями, стоящими по обе стороны скромной комнаты, похожей на казарму. Они обе выглядели по-армейски аккуратно. Бежевые одеяла и белые простыни были заправлены без единой складки, а у изголовья каждого спального места лежала подушка.

— Ну что, какую мне занять?

— Мне всё равно.

Брок оглянулся на бесстрастное лицо и непроницаемые золотые глаза.

— Ладно, тогда скажи на какой ты обычно спишь, а я возьму другую.

Невозмутимый взгляд Хантера не изменился ни на йоту. — Это мебель, у меня нет привязанности ни к одной из них.

— Нет привязанности, — пробормотал Брок и тихо ругнулся. — Отлично сказано, дружище. Может быть, ты сможешь научить меня своему пофигистическому отношению ко всему. Время от времени это было бы чертовски кстати. Особенно с женщинами.

Он с рыком бросил сумку на кровать слева от него, затем провел ладонью по лицу и голове. Стон, вырвавшийся из его горла, был полон разочарования и сдерживаемого желания, которое он пытался подавить с тех пор, как покинул Дженну и вместе с ней искушение, в котором он крайне не нуждался.