Блаженны нищие духом

Почерневший Андрей, слабый, оголодавший, из последних сил ходил по инстанциям, терпеливо высиживал в многочасовых очередях, молча кивал головой, когда выяснялось, что требуется еще одна справка, и уходил до следующего раза. По большей части уезжал в Каширу, но иногда ночевал на вокзалах.

Как-то на улице он встретил Настю, но сделал вид, что не узнал ее, давая ей возможность выбора. Если у нее что-то осталось, она сама окликнет его и подойдет, а если нет, ей будет так легче — тоже сделать вид, что не узнала. Да, ее и вправду трудно было узнать: по улице шла земная, уверенная в себе, дорого одетая девушка из какого-то другого, чистого и благополучного мира. А Настя, уже зная от бывших одноклассников, что Андрей не погиб, отвернувшись, проскочила мимо, а потом остановилась и несколько секунд стояла и оторопело смотрела вслед удаляющемуся высоченному широкоплечему чужому мужчине, но решила его не окликать. У Андрея же не было моральных сил хотя бы просто обидеться на нее. Он даже еще не ездил на кладбище к маме, хотя уже узнал, где она похоронена.

Проблему надо было каким-то образом решать, и желательно мирным путем. Поэтому начальник жэка, предварительно переговорив с коллегой из соседнего района и пообещав ему некую ответную услугу, предложил Андрею вариант: ему дают ведомственную комнату в коммуналке и устраивают работать либо дворником, либо разнорабочим в жэк. Там можно будет взять два, а то и три участка и неплохо зарабатывать. Рабочий день не нормирован, и, значит, если появится таковое желание, можно будет даже где-то учиться, получать высшее образование. Андрей был уже настолько измотан, что согласился и вселился в комнату в двухкомнатной квартире на первом этаже в хрущевке. Жэк расщедрился и списал ему обшарпанный письменный стол, раздолбанный диван и пару алюминиевых стульев. Сердобольные женщины выделили из своего хозяйства по мелочи что могли, и жизнь пошла дальше. От прежней не осталось ничего, но больше всего он сожалел о том, что пропала записная книжка.