Математик Боя. Жизнь сильнейшего (СИ)

— В броне — член семьи Дайме Страны Снега — его младший сын, — поделился наблюдением Сенсома. — Тот, что в центре — Цубаки. Не знаю точно, насколько сильный и сколько у него геномов, но он опасен даже для тебя. Последний — без понятия.

— Разведка не так давно докладывала о шиноби, похожем на монаха и довольно быстро двигающимся по полю боя, — Кагами постучал пальцем по нижней губе. — Ну и он, вероятно, довольно силен, раз большего мы о нем не знаем.

— Сенсей!

Майко приземлилась подле Сенсомы всего лишь мгновением позже Орочимару и Фугаку. Харуко, удивленно распахнув глаза, опоздала на целую секунду, не забыв бросить на отстраненного Орочимару восхищенный взгляд.

— Это определенно провокация, — вслух подумал Сенсома, даже не посмотрев на учеников. — И мы вольны выбирать — вестись на нее или нет.

— Вестись на провокации довольно глупо, — заметил его зам.

— Только на неочевидные, — не согласился он. — Эта провокация очевидна. Возможно, она рассчитывает на то, что мы не поведемся, и в этом ее главная опасность. Враг не раз доказывал, что неглуп. Тогда вопрос не стоит в том, вестись на провокацию или нет, а в том, как именно мы должны на нее повестись.

О да, враг пришел к самому лагерю. Что они могут сделать втроем против тысяч шиноби? Ничего, ответ очевиден. Но их стратег явно не дурак, а это значит, что если Сенсома будет играть с ними от обороны, не ведясь на провокацию, что-то может случиться. Не важно что, за восемь месяцев Сенсома изучил своего противника так же, как он изучил его. О да, это ведь, на самом деле, так похоже на него — выйти малыми силами к самому лагерю врага, а потом загнать его в ловушку.

Хорошо, тогда следует исходить из того, что Сенсома клюнет на это. И как же это лучше сделать? Эта троица не будет тут драться — они отступят, а это предполагает несколько вариантов. За кем броситься Сенсоме, а на кого направить своих людей? Ну, по идее можно активировать Врата и просто убить всех практически разом. А осилит? Нет, едва ли — враг знает о его силе и не совершил бы такую глупость, как жертва тремя шиноби уровня…

Стоп, жертва? Как пешками в шахматах?

— «Это партия, и мне предлагают сыграть в игру, » — подумал Сенсома, проведя полную аналогию. — «Ферзя пытаются заманить в окружение и безжалостно смести с игры. Как очевидно, но… Жизнь — не шахматы. Хватит ли у Суны пешек, чтобы остановить такого ферзя как я?»

О, это становится скучно. Он пошел на войну и провел ее восемь месяцев, но достойных сражений было так мало, что это навевает тоску. Самым волнующим днем на войне, пожалуй, были роды Юки — в день родов с ним связались из Конохи с помощью клана Яманака, и понеслось… Кагами до сих пор посмеивается и шутит про то, что седых волос на голове Сенсомы стало больше. Юки была из клана Цубаки, и в клане этом роды имели самое особое значение. Плюс ко всему — она была носительницей Стихии Дерева, и очень боялась, что ребенок унаследует ее кеккей генкай.

Роды были очень тяжелыми. Жена ходила по краю, а он не мог ничего сделать. Но все обошлось. Ребенок и мать живы и теперь уже здоровы. Ошими — так зовут первенца Сенсомы. Ошими Томура — сын, из всех предоставленных ему кеккей генкай унаследовавший отцовский — Стихию Льда.

— Когда-нибудь клан Томура станет фирменным кланом Страны Огня, — довольно улыбался Хирузен. — Повелители Ледяной Стихии станут одним из прочнейших камней в фундаменте наших войск!

— Ох и договоришься у меня Сарутоби — закончу войну и набью тебе лицо, — отвечал Сенсома Хокаге. — Если мои дети не захотят быть шиноби, ты их и пальцем не тронешь.

— О да, твои дети в каком-то из миров не захотят быть шиноби. Держи в курсе!

Обезьян был прав — Сенсома любил сражения, как саму жизнь, и любовь эта была столь велика, что и его детям ее хватит в избытке. Что и говорить — даже его ученики в этом походят на учителя так пугающе, что многие политики Страны Огня серьезно задумываются — кого взрастит прославленный воин? Опору и надежду страны — замену себе на военном поприще? Или же опасных и своевольных монстров, вроде того же Мадары?

— Ты отвлекся, — вырвал его из раздумий голос Кагами.

— Да, но это не важно, — Сенсома снял очки и задумчиво посмотрел на них. — Противник хочет нас спровоцировать, и мы пойдем у него на поводу.

— Знаешь, они, конечно, могли придумать плохой ответ на то, что мы не будем идти на провокацию, но ведь согласись — рассчитывают они на то, что ты клюнешь. И там все может быть в разы хуже.

— Но это «в разы хуже» будет направлено на меня и тех, кого я отправлю, а не на случайные цели в лагере, — Сенсома серьезно посмотрел на друга. — А я верю тем, кого направляю.

Кагами легко пожал плечами, понимая, что друг прав. Сенсоме действительно было скучно на этой войне, но он был слишком благоразумен, чтобы веселиться по полной — в таком случае могли пострадать граждане Страны Огня. Пока что он был благоразумен. Любой повод, и командующий фронтом с Ветром бежит на поле боя. А еще его бесит то, как долго тянется эта война. Он надеялся закончить все уверенно и быстро, но враг оказался слишком хитер и умен — он не проводил крупных сражений. Да, Сенсома выигрывал все битвы, в которые вступал, но главный стратег Суны уже очень давно не давал ему выиграть действительно важных битв.