Тигры

Изрезанная бесчисленными речками и ручьями, которые, вырываясь из мрачных ущелий гор, тихо вливаются после бешеной скачки по камням в широкую и полноводную Брамапутру, страна эта издавна служит приманкой для закаленных и бесстрашных любителей рыбной ловли, несмотря на то, что рыболов окружен здесь на каждом шагу смертельными опасностями. Не говоря уже о постоянной возможности встречи с тигром или нападения горных племен, спускающихся иногда с гор и производящих набеги, — самый воздух джунглей в высшей степени губителен для европейца, так как кишит зародышами болотной лихорадки, ежегодно уносящей в могилу тысячи жертв.

Однако все эти неприятные обстоятельства не смогли удержать меня и одного моего старинного приятеля от соблазна пробраться в самую глушь ассамских джунглей и попытать свое рыбачье счастье в богатых всевозможною рыбой притоках Брамапутры.

Сборы были недолги, и вот мы очутились на одном из притоков этой мощной тропической реки. Экспедиция состояла из меня, моего друга и нескольких туземцев, нанятых нами в качестве гребцов. Мы подвигались вверх по реке в большой лодке, а берегом медленно брели три ручных слона, нагруженные нашими пожитками.

Проудив в разных местах с переменным успехом целый день, мы наконец решили пристать для ночлега к берегу. Наши гребцы несколькими сильными взмахами весел доставили лодку к песчаной отмели, мы благополучно высадились, и скоро на берегу забелели две палатки, и вокруг них закопошились люди. Тут же расположились и наши три слона с их молчаливыми погонщиками.

До захода солнца оставался еще добрый час времени. Поэтому, предоставив своему спутнику хлопотать об ужине, я закинул удилище через плечо, навязав на него предварительно новую крепкую лесу и насадив на крючок свежую приманку, и отправился поудить с берега.

Отойдя от лагеря метров на шестьсот вверх по реке, я размотал лесу, забросил удочку и терпеливо стал ожидать клева. Однако счастье не улыбалось мне и здесь, а потому я начал менять место за местом, поднимаясь все выше и выше по реке, пока наконец не набрел на густо разросшуюся заросль кустов и деревьев, спускавшуюся с берега почти к самой воде. Итти дальше было нельзя. Густые кустарники на берегу сильно мешали мне забрасывать удочку. Того и гляди, зацепит крючок где-нибудь позади тебя. Но, несмотря на неудобства, я решил посидеть здесь, отлично зная, что рыба любит держаться у прибрежных кустов. Пробравшись боком у самой воды, я сел под деревьями и начал свои операции.

Несколько закидываний удочки сошло благополучно, и я уже начал было забывать, что позади меня находится лесная чаща, как вдруг при одном сильном размахе я почувствовал, к величайшей досаде, что крючок за что-то зацепился позади в кустах. Раздосадованный на свою неосторожность, я повернулся, чтобы посмотреть по направлению лески, где зацепился крючок, и невольно пригнулся к земле. В то же мгновение из кустов прыгнуло какое-то желтое тело, которое, пролетев над самой моей головой, тяжело шлепнулось в воду.