Охота на попаданку, или как не попасть в лапы дракона

Чувствуя касания его настойчивых губ, которые обжигали своим внутренним огнем. Его я тоже ощущала. Легкое касание языка к моей нижней губе, и тихий стон исчезающий во внешнем шуме.

И он, и я – забыли об окружающем мире.

Только мир не забыл о нас.

– Ваше драконье благородие, дейва, – кричит Жермен. – Скорее прячьтесь. Ветер сметает все со своего пути.

Поднимаю голову и вижу сумеречного монстра. Состоящий из ветреного вихря, сломанных веток и прочего хлама, который он успел захватить в своей плен.

Дитрих неожиданно грубо схватил меня за плечи и со звериным ревом оттолкнул в руки другого дракона. Я пролетела эти метры, не понимая. Почему нужно было меня толкать.

Но тут Жермен заорал:

– Ваше драконье…

И я оглянулась.

На императора летела та самая телега. Ветер был настолько силен, что поднял тяжелую сломанную телегу и направил в сторону дракона.

– Ты ведь воздушный дракон, – кричу я Жермену. – Останови повозку!

Жермен натянулся и взмахнул руками. По его лицу тек пот. Ему начали неохотно подчиняться небольшие потоки ветра, но они не сравняться с разрушительной силой смерча. А император стоял и глядел как к нему подлетает телега.

– Почему он стоит? – взмолилась я. – Почему не убежит?

– Он пытается зажечь свой огонь, чтобы успокоить бедствие.

– А он может?

– Вряд ли…

Телега была уже близко, и только тогда император отступил и развернулся. Он не смог зажечь внутри себя пламя. Но и повозка не задела его. Дитрих смотрел на меня, и это была огромная ошибка. Потому что не видел.

Крыша рядом стоящего дома затрепетала словно бумага на ветерке. Пласт крыши затрещал, но звук потонул в надвигающемся ветреном вихре. И тут он оторвался.

– Дитрих!!

Мой крик вырвался произвольно. Но и он опоздал.

Дитрих не слышал ни меня, ни ломки крыши за ним. Он оглянулся слишком поздно. Когда обломок сбил его с ног.

– Не-ет!

Ноги потянули меня к нему. Во мне что-то рвалось и металось и не могло вырваться. Но вся я бежала к нему не замечая преград. Жермен пытался остановить меня. Только пытаться не значить суметь. А моя внутренняя сила сбила его и засияла на какую-то долю секунд. Но мне на это было наплевать.

Я подлетела к обездвиженному императору и упала на колени.

– Дитрих, – позвала я, поднимая чуть-чуть голову. – Ты ведь живой?

– Он-то живой. А ты? – Жермен уставился на меня, а я на него. Но тут он отвернулся, – Лекаря. Позовите скорее к императору лекарей.

Дракон сел по другую сторону от Дитриха, который не открывал глаза, но дышал. Я с облегчением выдохнула, ощутив слезы на щеках.

Он живой, живой, живой, – проносилось в моей голове.

Но тут я заметила кое-что. То, чего не должно быть. Оглушающей тишины.

Оглядываюсь и не вижу голодного монстра, который чуть не убил императора. Стена города сломана, вокруг лежат ошметки от дерева и домов, но самого бедствия не было. Гляжу на Жермена, а он на меня. И в его глазах мелькает осознание. Как и у меня.

Смерч прекратился. Этого монстра кто-то сумел остановить. У кого-то получилось то, что не удалось императору.