Пепел и пламя [litres]

– Ничего не получается… Ничего не получается… Энко, посмотри на мою руку! – Я хотела было убрать руку, но Энко крепко держал меня.

– Ливия, подожди секунду.

– Нет! – закричала я, отчаянно пытаясь вырваться из чужой хватки. Мне хотелось вскочить, броситься в ванную и сунуть руку под струю воды. – Надо смыть яд, и как можно скорее! Черт, как же больно!

Через несколько секунд жидкость высохла, оставив после себя маслянистую пленку. Боль притупилась и вскоре совсем утихла.

– Ничего не получилось, – сказала я. – Сам посмотри. Стало даже хуже, чем раньше.

Энко наклонился, внимательно осматривая мою рану.

– Подожди-ка… – сказал он и осторожно коснулся ее пальцем. Красновато-коричневая кожица стала облезать. Энко стянул ее, словно пластырь, и под ней показалась светлая неповрежденная кожа.

Я уставилась на нее во все глаза.

– Поверить не могу! Откуда ты знал, что так случится?

Энко лишь пожал плечами.

– Клочок кожи выглядел так, будто его можно снять.

– С ума сойти… – Теперь я полностью поверила в то, что предложенный Энко способ подействует. – Давай попробуем намазать и другие места?

Я закатала другой рукав и поинтересовалась:

– Как там твой палец?

– Терпимо, – отозвался Энко.

– Спасибо за помощь, – улыбнулась я.

Энко осторожно отодвинул манжету у меня на рукаве и сказал:

– Давай продолжим.

Во второй раз было так же больно, как в первый, и мне пришлось призвать на помощь все свое самообладание, чтобы сдержать дрожь. Потом Энко перешел к волдырю на ключицах. Я смущенно отвела взгляд в сторону. Он сидел так близко, к тому же мне пришлось низко оттянуть воротник…

Кожу пронзило ударом тока, и у меня перехватило дыхание.

– Успокойся, все хорошо, – зашептал Энко. – Это самое плохое в нейротоксинах. От них возникают проблемы с дыханием и глотанием. Но тебе скоро полегчает.

Я судорожно хватала ртом воздух, чувствуя, что задыхаюсь. В какой-то момент боль показалась невыносимой, но потом внезапно все прошло.

– Если хочешь, можно устроить перерыв, – предложил Энко, изучающе глядя на меня. – Хочешь прилечь?

– Я хочу со всем покончить, – покачала головой я, повернулась к нему спиной и немного спустила кардиган с плеч. – Со спиной дела обстоят особенно плохо.

– Да, так и есть. – Энко потянул ткань ниже, и я вздрогнула, почувствовав его теплое дыхание на своей шее. Энко осторожно коснулся волдыря, и от его прикосновения по коже побежали мурашки. – Ты невероятно храбрая, – прошептал Энко мне в шею, продолжая водить пальцем по моей коже. Затем он еще отодвинул мои волосы в сторону и спросил:

– Можно опустить кардиган еще немного?

– Конечно, – торопливо сказала я. Мой голос прозвучал хрипло. Это не последний волдырь у меня на теле. Гораздо логичнее было бы снять кардиган, но… это казалось крайне неуместным. Нет, не хочу раздеваться. Мы уже избавились от большинства волдырей, а остальные и сами заживут. Я потерплю. Вряд ли их кто-то обнаружит.