Cудьба [litres]

В декабре 1950 года во время Хыннамской эвакуации* родители покинули родные места. Взяв с собой старшую сестру, которая тогда была еще грудным ребенком, они уехали в эвакуацию. Родители рассказывали, что, когда национальная армия и американские войска дошли до реки Туманган, а затем им пришлось отступать из-за неожиданного ввода сил китайских народных добровольцев, все надеялись на скорое отвоевание территорий, после того как войска соберутся с духом.

Поэтому во многих семьях старики оставались, а уезжали только молодые. Они поступали так с мыслями, что надо избежать временных трудностей. В нашей семье бабушка и дедушка тоже остались. Отец так и умер, даже не узнав, как сложилась судьба его родителей. Позже нам передали новость о том, что бабушка и дедушка умерли, но я так и не смог выяснить, когда точно это случилось.

Эвакуация проводилась американским военным танкодесантным кораблем*. Фактически эвакуируемые не знали, куда их забирают американские войска. Две ночи и три дня они провели в трюме корабля. Во время плавания, когда контроль американцев немного ослаб, беженцам разрешалось даже подниматься по лестнице на палубу корабля. Когда огни с суши казались уже близкими, тем, кто находился на корабле, сказали, что это город Пхохан. Только тогда они смогли догадаться, что местом назначения является территория около побережья Корейского пролива.

В пути наступило Рождество, и американские военные даже выдали каждому беженцу по несколько конфет. Местом, куда американские военные привезли эвакуируемых, был экстренно подготовленный лагерь для интернированных на острове Кочжедо в провинции Южная Кёнсан. Мама говорит, что когда она уезжала из Хыннама, то куда ни глянь, повсюду было белым-бело, а когда приехала на Коч-жедо, была очень удивлена, что все кругом зеленое. Ячменные поля, окруженные вечнозелеными лесами, создавали пейзаж, сильно отличающийся от родного. Первое впечатление мамы, когда она увидела Кочжедо, было: «Вот она, действительно теплая южная страна, она здесь!»

На Кочжедо радовала не только очень теплая – даже зимой, по сравнению с родиной, погода южных провинций, но и люди, которые со щедрой душой приняли переселенцев, приехавших с пустыми руками. Местные жители делились посудой для приготовления: кастрюлями и котелками, а также едой, помогали преодолеть первые тяготы переселенческой жизни. Позже, когда разъехавшиеся в разные уголки родственники иногда собирались, то они предавались воспоминаниям о годах эвакуации и часто говорили о том, как они благодарны тем добрым людям на Кочжедо. «Смогли бы мы так же хорошо принять беженцев с Юга и позаботиться о них, если бы они приехали к нам в Хыннам?» – они часто говорили такие слова.