Электронная книга - «Возвышение». Краткое содержание книги:
Какое место отведено мне в замыслах заговорщиков?
И что делать с незваным гостем из Швейцарии?
Убедившись в том, что Олька оседлала свой мопед и укатила в Лепсари, я перенес вазу с букетом в самую дальнюю комнату и принялся молить кухонных дамочек о большом кофейнике и паре бутербродов.
Кофе оказался настолько крепким, что у меня едва не открылся третий глаз. Что-то сегодня от души заварили. Я лениво долистывал сегодняшние “Петропольские ведомости”, когда в холле зазвонил телефон. Егорушка тут же оказался у аппарата и, удивленно вскинув брови, жестом привлек мое внимание.
— Михаил Николаевич, это вас! — шепотом подозвал лакей. — Ольга Николаевна звонит…
Я залпом допил последнюю чашку, закрыл газету и поспешил к старому телефону.
— Оленька? — спросил я, предчувствуя неладное. — Что-то дома забыла?
С другого конца линии послышались трудно сдерживаемые всхлипы.
— Миша… Миша, приезжай, пожалуйста!
— Где ты?
— На прудах… В Леп… сари… Связь пло…ая..
— Что случилось?
— Пруды… — снова всхлипнула сестра. — Рыба…. Погибла… Вся… погибла!
Глава 11
Звонок сорвался, дрожащий Олин голос сменился короткими гудками, а я все так и стоял почти что посреди холла с трубкой у уха. Егорушка что-то торопливо говорил, я рассеянно кивал, даже не слыша его.
Рыба погибла. Все пруды — то, что мы выращивали на продажу. Плоды стольких трудов…
Оля не успела сказать, была ли известна причина, но отчего-то я не сомневался — она была рукотворной. Я слышал о случаях, когда недовольные условиями труда работники портили хозяйства, но это был не наш вариант. Как бы ни относились к нашему роду в петропольском обществе, но здесь, на наших исконных землях, местные нас любили и уважали. Особенно в Лепсарях.
И никогда я не слышал о том, чтобы недовольные работники подожгли торфяники, травили колодцы или как-то иначе вредили нашему хозяйству. Нет, если рыба погибла из-за чьего-то вмешательства, то вряд ли это свои…
— Егор, пусь приготовят мой автомобиль, — распорядился я и положил телефонную трубку на рычаг. — Через десять минут я выезжаю.
Лакей кивнул, но замешкался.
— Что? — спросил я, поймав его неуверенный взгляд.
— Ваше сиятельство, что случилось? Оленька Николаевна была… ну очень взволнована.
Не то, блин, слово!
— Инцидент на прудах, — коротко ответил я, уже взлетая по лестнице. — Машину, Егор! Быстро! Пожалуйста.
Взлетев вверх по ступеням, я быстро оделся, натянул самые надежные ботинки — даже летом на прудах было топко, схватил ключи и, даже не расчесав лохмы, спустился на задний двор. Там как раз возились с воротами гаража, где ночевал Витя.
Дорога до Лепсарей заняла минут пятнадцать — я гнал как сумасшедший. И меня беспокоило даже не то, что мы оказались в катастрофической ситуации перед заказчиками, а возможная реакция Оли.
Для сестры рыбный бизнес стал едва ли не делом всей жизни — настолько она втянулась в работу. И сейчас, когда само существование нашего дела могло быть под угрозой, я не знал, как Оля себя поведет. Она была умницей, но еще слишком молодой. А тут такой удар.
Шины подняли столб пыли, когда я остановился перед забором, окружавшим территорию прудов. Металлические ворота, но само ограждение поставили из сетки-рабицы. Такую было легко разрезать и проникнуть на территорию. По-хорошему нужно бы излазать здесь все и поискать следы незваных гостей — вдруг что найду.
Но сперва я решил убедиться, что Оля была в порядке.
Сторож узнал меня и ринулся открывать ворота. Я закатил Витю на территорию и вышел из автомобиля.
— Ваше сиятельство… — сторож виновато опустил глаза. — Моя это вина, не углядел.
— Как звать?
— Роман Львович Петренко я…
От сторожа буквально несло стыдом и страхом. Это был мужчина лет пятидесяти пяти-шестидесяти, явно пенсионер, с лохматой полуседой бороденкой и профессорскими залысинами. Судя по отсутствию офицерской выправки и мозолей на руках, он мог быть мелким чинушей в местной управе или просто канцелярской крысой. Ну, каждый подрабатывал как мог.
— Давайте с самого начала, Роман Львович, — как можно спокойнее обратился я. — Расскажите, что видели.
— Да в том и беда, ваше сиятельство, что я своими глазами ничего и не видал! Прихватило меня вчерась под вечер — натаскал мешков, матери помогал. Видать, спину сорвал — она и разнылась. Ну я и попросил своего младшего, Борьку, покараулить здесь ночью, пока сам отлеживался.