Невинность в жертву

В спину лупит ледяной взгляд, прошибающий до самых костей. Мне больно смотреть, как Айдаров держит на руках мою сестру, как утешает, баюкая на своём плече.

Чувствую себя пустой. Брошенной. Ненужной.

Как будто я во всём виновата или на меня скинули всю вину, выставив лишним звеном.

Никто не поддержит, слова доброго не скажет.

За что?

И почему?

Это ведь я, по сути, больше всех пострадала.

Мне было больно во время потери девственности, а теперь больно из-за того, что меня сделали крайней. И из-за того, что я полюбила… но никогда теперь не буду вместе с тем человеком, к которому испытываю сильные чувства.

— Да. Как-то так, — вздыхает мама. — Я вам всё подробно расскажу, от начала и до конца. Только давайте все немного успокоимся, выпьем чаю и посидим в саду на веранде.

Они все дружно покидают комнату, не глянув ни разу в мою сторону, словно меня здесь нет. Я так и сижу, не шелохнувшись, будто скульптура из льда, глядя в их спины.

Провожу ладонями по волосам, вздыхая, поднимаюсь с дивана. Шатаясь, бреду в свою комнату. Просто падаю на кровать и проваливаюсь в бесчувственный сон.

Утром прикладываю неимоверные усилия, чтобы выйти к завтраку. Ни сестру, ни мать я не видела после пробуждения. Но я опоздала к началу завтрака — оттягивала эти неприятные минуты до последнего, пока охранник не гаркнул на меня третий раз, стукнув по двери кулаком, что меня срочно вызывают в сад.

Никого не хотела видеть.

Мне хотелось одиночества и вдоволь проплакаться.

Я подхожу к столику как раз вовремя, когда мать произносит важную фразу. В глаза никому не смотрю, чтобы никто не видел какие они опухшие.

Айдаров восседает в центре стола, Эля радом с ним, с восхищением заглядывая ему в рот. Слушает его как великого Нострадамуса, восхваляя своими хитрыми глазками каждое действие и слово могущественного авторитета.

Я просто замираю рядом со свободным стулом. Молчу, не перебивая речь Его Величества, а он делает вид, что не заинтересован в моём появлении абсолютно. На пару секунд мазнул ленивым прищуром, после опять уставился на мать.

— Так что вы решили? Надеюсь, проблема исчерпана?

— Да, я всё выяснил, я вам верю. Тот редкий случай, когда я сделал одно единственное исключение в память о вашем муже, Виталина. Он был хорошим человеком, однажды Игорь здорово мне помог, и я пообещал ему, что не останусь в долгу. К тому же ваши мотивы, скрывающие ложь, имеют обоснование.

Айдаров просто сжалился, увидев скрючувшуюся на полу Элю, рыдающую навзрыд. Если бы не байка о том, что ее изнасиловали, не отменная актерская игра мамы, он бы ни за что не простил. Никто бы из нас не встретил сегодняшний рассвет.

— Благодарю, — мама промакивает глаза белым платочком, поминая отца.

— Остается все как есть. Эльвира — моя жена. Вы можете быть свободны. Возвращайтесь домой.

В черных глазах мелькает тоска, смешанная с укором и разочарованием. Или мне просто кажется?

— Спасибо вам, господин, спасибо.