Эдвард Мунк. Биография художника [litres]

Краг питал искренний интерес к живописи и чувствовал духовное родство с художником. Он не только написал стихотворение, вдохновленное картиной Мунка «Ночь», но и назвал так свой второй сборник стихов. Мунк в долгу не остался: он нарисовал виньетку к сборнику – правда, Краг получил ее с большим опозданием и в книгу она не попала.

Поэт тем летом перебрался в Берген, поближе к издательству, в котором готовилась к печати его книга. Он развил активную деятельность, чтобы организовать здесь выставку Мунка, призывал его приехать, рассказывал, к кому надо обязательно попасть на обед и где найти самых красивых и «дешевых» девушек, – будем надеяться, в качестве натурщиц. Однако выставку организовать не удалось.

Из другого проекта – выставки в Копенгагене, в организации которой Мунк просил помочь Голдстейна, – тоже ничего не вышло. В результате «шестьдесят картин и много довольно крупных полотен – все эпохальные и в будущем всемирно известные» остались этой осенью в распоряжении Мунка. И весьма кстати, как оказалось впоследствии.

Летом 1892 года Мунк жил то в Кристиании, то в Осгорстранне. Очевидно, этим же летом он познакомился с двумя красивыми и талантливыми дочерьми врача из Конгсвингера Дагни и Рагнхиль Юль. В Кристиании одна изучала игру на фортепьяно, другая – вокал. Мунк написал их портрет «Музицирующие сестры». Должно быть, он посещал их и в Конгсвингере. Во всяком случае, юный поэт Сигбьёрн Обстфеллер[37] в восторге пишет своей подруге: «Представляешь, художник Эдв. Мунк слушал мои стихи на балконе в Конгсвингере! И они ему понравились. Он хочет нарисовать одну или даже несколько виньеток к моему сборнику, который Краг уговаривает меня выпустить к Рождеству».

Сестры Юль – а может быть, и другие девушки? – произвели на художника сильное впечатление: «Я опять в этой странной Кристиании – с ее странными богемными женщинами. Одна настолько привлекательна, что даже такой старый, умудренный опытом джентльмен, как я, размечтался о вечной любви…» Юную богему, куда входили Краг, Обстфеллер и сестры Юль, больше интересовали музыка, поэзия и символизм, нежели абсент, свободная любовь или произведения в стиле «пиши-свою-жизнь». Последнее надоело и Мунку: «Всегда ходишь в вечном страхе, что тебя затянут в квартиру на седьмом этаже и начнут зачитывать жизнь длиной в две тысячи страниц. Скоро не останется никого, кто бы не написал роман о своей жизни», – пишет он антинатуралисту Голдстейну, который, несомненно, разделяет его мнение.