Разрушенные (ЛП)

— Я чиста от заболеваний, и ты можешь не беспокоиться о контрацепции, — мой голос стал суровее. — Я не собираюсь спать с тобой, пока тоже не узнаю твою историю. Как часть моих правил, мне нужно знать, что ты тоже чист.

Его спина напряглась, и он стиснул челюсть.

— Я чист. Тебе нечего бояться.

На мгновение, его глаза накрыла тьма, потом он легко махнул рукой.

— Я полагаю, спать с ублюдками за наличные — это для тебя что-то новое?

Я широко открыла рот.

— Ты снова. Я думала, что у нас появился прогресс, чтобы я не судила тебя слишком сурово, но нет. Ты все еще придурок.

Проведя рукой по своим спутанным волосам, я резко заговорила:

— Я уже говорила тебе, что не шлюха, и я больше не отвечаю на такое неуважение. Я пообещала, что не буду относиться к тебе неуважительно, так что постарайся сделать то же самое.

Чувствовалось, что все его тело наполнялось энергией, все в нем готовилось к атаке. Медленно, он повел плечами, освобождаясь от напряжения так же быстро, как оно его наполнило.

— Ты права. По крайней мере, у нас есть необычные формальности.

Мои ноги зудели от желания уйти. Все в этом соглашении было неправильным. Но подкуп в размере двухсот тысяч долларов держал меня приклеенной к стулу, как марионетку, а его тайна сохраняла меня от того, чтобы полностью его ненавидеть.

«И твое желание обладать им делает тебя влажной».

Я сдвинулась, чувствуя себя дешевкой.

Фокс провел указательным пальцем по своей нижней губе. Низкая освещенность в комнате оставляла меня с ощущением отрезанной от всего. Одна в мире с пугающим незнакомцем.

— Я скажу Оскару организовать первый платеж и отправить, по тому адресу, который ты укажешь, но если ты уйдешь без моего разрешения, то будешь должна мне каждый цент, — кожаная обивка кресла скрипнула, когда он поднялся. — Не жди во мне щедрого любовника. Я планирую взять с тебя все, что ты должна дать, — произнес он низким, хриплым и почти неслышным голосом.

Где-то в районе живота я ощутила нервный трепет. Он впился в меня взглядом.

— Это несправедливо.

Он соединил руки.

— Это сделка. Я покупаю тебя для своего удовольствия. Не забывай это.

— Как я могу забыть? — пробормотала я.

Фокс фыркнул на мое дерзкое замечание.

Я сказала:

— Ты не разрешаешь мне уходить месяц, но можешь позволить мне использовать телефон. Мне нужно кое-кому позвонить.

Он нахмурил лоб.

— Один телефонный звонок.

— Один?

Я не могла поверить в это. Это было, как в тюрьме.

— С этого момента, ты должна спрашивать разрешение, чтобы что-то делать. Ты передала мне права на себя, — Фокс мрачно улыбнулся. — Добро пожаловать в мой мир, dobycha.

От иностранных слов поползли мурашки.

Вздохнув, я подумала, о том, на что согласилась. Для того, у кого никогда не было никого, чтобы отчитываться на протяжении всей жизни, это займет много времени, чтобы привыкнуть.