Гладиатор (СИ)
- Автор: Барк Сергей bark
- Год: 2014
- Язык: русский
- Жанр: Слэш
Электронная книга - «Гладиатор (СИ)». Краткое содержание книги:
Пусть я не его омега, пусть он женится… Но как он смел сейчас говорить о том, другом?… Сволочь! Я… зарычал от досады…
Внутри обжигала огненная лава… что это?
- Поэтому, если ты меня хочешь, ты должен показать, что любишь меня….
В горле стал ком… «Показать, что любишь…» пустым эхом билось в голове. Абсолютно дезориентированный, я понятия не имел, чего он хочет, но сил сопротивляться этому запаху больше не было, я неуклюже завалился вперед… ближе… ближе к нему… Я задыхался от жажды, от жажды прикосновений, касаний…нежных… грубых… ласковых… жестоких… Я просто хотел его…
- Пожалуйста… – прошептал я.
Он смотрел, не двигаясь, лишь сильнее сжимая член в собственной руке… с почти безразличным выражением…
- Только по любви, родной.
- Будь ты проклят… – помогая себе локтями, я полз к огню, что не оставит пепла от меня прежнего… я чувствовал это…
- Ты же знаешь, что я хочу услышать… – мой заклятый возлюбленный не двигался, словно гигантский змей, свернулся кольцами, подпуская меня так близко, чтобы задушить, а после заглотить своей смертельно опасной пастью. От злости на глаза выступили слезы.
- Давай, малыш. И ты получишь все, что хочешь, – его дыхание коснулось моего лица, я был перед ним и, не в силах бороться с собой, откинулся на спину, позволяя ему зависнуть сверху. Я чувствовал, как перемазанные в обильных выделениях ягодицы приятно холодило, и ноги раскрывались в стороны сами собой…
«Просто трахни меня, трахни, и все закончится…» – но язык прилип к небу, и я извивался под его взглядом, которым он пронизывал мое нутро, издевался над моей жалкой плотью.
- Прошу… – «умоляю!», звучало в голосе.
- Скажи это, бесенок, и я заставлю тебя умирать от наслаждения, – он склонился к самому уху, – так дооооолго, как ты попросишь… а потом снова, еще дольше, родной…
- Люблю тебя, – «боже! Сделай это со мной, иначе я умру или сойду с ума!»
- Любишь меня? – издевался он.
- Люблю… обожаю… хочу…
- А доказательство?
Вот оно, мой час расплаты. Ведь это, кажется, я говорил, что когда перед кем-то раздвигают ноги, это еще не любовь… и вот, мои слова полетели камнями обратно…
Я перекатился на живот, словно какой-то болванчик, и чуть подтянув колени, выставил зад словно шлюха…
- Шире, котенок… вот видишь, я был прав… – улыбка превосходства высокомерно проступала в вибрирующих интонациях, сотрясая мое обезумевшее тело.
И колени скользнули в разные стороны, так широко, как я мог.
Он поднялся и плавно переместился назад. От этого полетели последние катушки, я что-то прохрипел и унижено опустил голову на гладкое полотно простыни – полное подчинение альфа-самцу.
- Умница.
Массивные ладони опустились на мои ягодицы, я заскулил: «Ну, же…» Его член прижался к промежности, протянувшись крепким стволом меж ягодиц, я тут же попытался потереться, на что получил мягкий шлепок…
Кровь ударила в лицо, из заднего прохода скользнула прозрачная смазка, окрасив воздух тяжелым ароматом моей жалкой натуры. Я судорожно задвигал бедрами «Еще, еще, пожалуйста!»
- Видишь, малыш, иногда по любви раздвигают ноги…
- Трахни меня… трахни, пожалуйста…
- Конечно, любимый, – с этими словами, он просто подставил головку к моему входу, я выдохнул и почувствовал, как твердый ствол с усилием втискивается в мой узкий проход, заполняя каждый миллиметр тесного пространства, причиняя рвущую боль, будто кишки режут ножом… а тебе нравится прожигающая нутро агония… господи… я умираю…
Красные всполохи перед глазами, топящее страдание… нет… нет, не могу… не выживу… я дернулся…
- Тише, Дэль, тише, малыш. Потерпи.
Слезы катились по лицу, окончательно стирая окружающее пространство, размывая горизонты теплых комков света, погружая меня во тьму, стирая личность… я не буду прежним… я не смогу…
Так приятно было сломаться, позволить себя сломать… как долго я к этому шел… я ведь был готов… я знал, что так будет… так горько.
Мой первый… и единственный альфа, будет тот, кого бы я с удовольствием прирезал, а затем…
Почему все так… если бы время можно было повернуть вспять…
Его естество прошило мою плоть до основания, жестко ударившись о ягодицы, я почти не касался постели, его силы хватало с лихвой, чтобы удерживать меня почти что на весу… Моя голова безвольно трепыхалась ниже вздернутой вверх задницы, позволяя Тору услаждать себя так, как он того хотел. Он натягивал меня словно куклу… с удовольствием, так, как ему нравилось… И вот, я уже тоже ловлю кайф… запредельный… запретный… запрещенный всеми законами бытия…
- Я, – в порывах, легкий, как тряпичная марионетка – люблю тебя…
Резко дергают поперек живота, прижимают спиной к стальному сгустку власти, не вытаскивая из меня орудие пытки. Жестко проталкиваясь внутрь, убивая… стирая меня прежнего…
- Дэль… – тяжелый, оглушительный стон, ребра болят от сокрушительных объятий, – мой Дэль.
Колющий захват капкана на шее, там, где жилки чуть просвечивают прозрачную кожу… взрыв…
Задыхаюсь… меня больше нет…
====== Зеркало ======
Смотрю на бледное отражение в пустом зеркале. Позади пустая стена, в центре пустое тело. Что от меня осталось? Нет, это неправильный вопрос… что у меня было?
Я ненавидел себя столько, сколько помню. Первое, что я понял, это то, что на меня всегда смотрит лицо самого отвратительного человека в моей жизни – моего отца.
Мои первые детские воспоминания наполнены картинами огромного жестокого альфы, раз за разом заносящим кулак над моим папой. Тонкое тело содрогается под очередным ударом, обрушивающимся на хрупкую спину, Офиару ревет в углу, а я ничего не понимаю, но мне это не нравится, мне страшно, я хочу чтобы отец остановился, дергаю за полы мантии, он ударом вышибает меня в стену. Папа кричит, сопротивляется, отец звереет, и глухие тяжелые пинки сапога летят в грудную клетку… треск…
Папа много болел…
Когда я подрос достаточно и возненавидел отца всем сердцем, я стал ненавидеть и себя, ведь это его глаза видел мой папа глядя на меня… и я просто отворачивался, испытывая к себе дикое отвращение…
Но ненавидел я не только отца и себя: со временем моя злоба накрывала любого, кто попадался мне на глаза, и скоро люди стали отвечать мне взаимностью, кривя лицо завидя меня издалека, отходя подальше, лишь бы не оказаться в моем обществе. Они говорили, что у меня такой же чудовищный характер, как и у отца, они говорили, что изо рта у меня льется гниль, и меня никто никогда не полюбит… Суки! Мне было плевать на их мнение, я презирал их так же глубоко, как и они меня… и они ошибались… один человек меня любил всегда, любил несмотря ни на что, не видел во мне черноту, как остальные, не замечал моей проклятой внешности, не корчился, словно от мерзкого запаха в моем присутствии. Он улыбался. Он улыбался мне день за днем и говорил, что любит …
Папа… папочка…
Слез не было… внутри было пусто…
Я решил, что отныне живу ради папы. Я стал его опорой и защитой. Папа поощрял наши с Офиару занятия, он говорил, что хочет, чтобы мы всегда могли постоять за себя, но я желал лишь одного – научиться защищать его. И смог это сделать однажды…
Черные мешки под глазами, исхудавшее лицо после безумных ночей – я как никогда был похож на тень. Он давал мне спать и есть, а затем сумасшедший, изматывающий секс… Никогда не думал, что это может быть так…
Я перевел взгляд на кровать, где спал альфа. Занимая почти всю кровать, он расслаблено откинулся на подушку, его густые каштановые волосы разметались ореолом вокруг…
Папочка, почему же ты предал меня? Почему отдал меня ему?
Погрузившись в свою ненависть и кусая каждого, кто смел или имел глупость приблизиться ко мне, я твердо решил, что если когда-нибудь встречу того, кто предназначен мне судьбой, я не стану портить ему жизнь… У меня не было любви на кого-то еще. Я беден и пуст, я истлел и засох. Те крохотные ростки, что еще теплились глубоко внутри, были предназначены только для одного человека – моего папы, и ни на кого больше у меня не было теплоты.