Грим [ЛП]

— Потому что я — сука, — ответила она нетерпеливо. — Я ревную, потому что ты следил за женщиной, которая так сильно ранила тебя, и у меня нет на это права!

Когда она обнажила свою уродливую сторону, Грим самодовольно ухмыльнулся.

— Прекрати! — потребовала Лиза. — Ты не должен улыбаться. Ты должен кричать на меня за мой эгоизм!

— Ты думаешь, что я забочусь о ней? — его усмешка росла. — Ты ревнуешь к той, которую я не видел, с тех пор как она была ребенком.

— Я думала, ты сказал, что никогда не встречался с ней, — парировала она.

— Я никогда и не встречался, я сказал, что видел ее. Отец Рисы был капитаном Элитной Гвардии моего отца. Она выросла во дворце.

— Но ты никогда не встречался с ней? — смущенно переспросила Лиза.

— Это было запрещено, пока она не была готова соединиться.

— Сколько ей было лет, когда она связалась с тобой?

— Семнадцать.

— Я думала, что восемнадцать — это самый ранний возраст для женщины, чтобы соединиться с мужчиной.

— Это так, но когда я был провозглашен Королем, Риса попросила Рэя дозволения соединиться со мной. Ее отец был убит в том же бою, что и Король Раск — брат моего отца, бывшего Короля Люды. Она боялась, что будет вынуждена соединиться с самцом низкого статуса из-за смерти родителя, а раз Рэй уже соединился, она выбрала меня.

— Подожди… подожди… правильно ли я поняла? Риса выросла в том же доме, что и ты.

— Торино — дом цивилизованной Вселенной, да.

— Но ты никогда не встречался с ней, только видел однажды, и, когда ее отец был убит, она захотела защитить свое положение в обществе, поэтому выбрала тебя из-за титула Короля Люды?

— Да, но если бы Рэй умер без наследника, я бы заменил его, таким образом, у Рисы оставался шанс стать Императрицей.

— Ваши самки коварны, Грим, — покачала головой Лиза.

— Да, но они важны для нашего выживания.

— Итак, вернемся к первому вопросу. Твои люди считают, что я предпочла бы иметь шанс стать Императрицей, чем быть твоей Королевой… чем быть с тобой.

— Да.

— Думаю, мы просто должны показать им, — ухмыльнулась Лиза.

— Нет. Показывай все это только мне, — сексуальная улыбка Грима заставила ее кровь вскипеть. Лиза вспомнила о том, как показала торнианцу, что шрамы не имеют значения.

— Я смогу жить с этим, — прошептала она, соблазнительно потянувшись, чтобы поцеловать его. Грим накрыл ее губы, готовый подмять девушку под себя, когда хихиканье заставило его замереть. Оторвавшись от Лизы, он посмотрел на край кровати и обнаружил двух маленьких девочек, жадно наблюдающих за ними. С паникой он посмотрел на Лизу, уронившую голову на его голую грудь.

— Доброе утро, дети, — сказала Лиза, повернувшись, чтобы посмотреть на них.

— Доброе утро, мамочка… доброе утро, Грим, — захихикали дочки.

— Доброе утро, маленькие, — резко дернулся Грим под простыней.