Все расследования Шерлока Холмса [litres]

Холмс встал и швырнул окурок за каминную решетку.

– Ватсон, я тоже показал себя не с лучшей стороны, – сказал он. – Я должен был обо всем догадаться еще тогда, когда вы упомянули, что велосипедист, как вам показалось, поправлял галстук в придорожных кустах. Впрочем, можно себя поздравить с завершением весьма интересного и в некоторой степени уникального дела. Я вижу, к дому направляются трое местных полицейских. Ага, и юный конюх с ними, значит, к счастью, ни он, ни наша юная клиентка сильно не пострадали в результате этого приключения. Я думаю, Ватсон, вам следует осмотреть мисс Смит. Если она уже достаточно пришла в себя, скажите ей, что мы будем рады проводить ее домой к матери. Если вы решите, что она еще не вполне поправилась, пожалуй, можно намекнуть ей, что мы дадим телеграмму одному молодому электротехнику в Ковентри, и, думаю, это ускорит выздоровление. Что касается вас, мистер Каррутерс, мне кажется, вы искренне пытались предотвратить зло и спасти девушку. Вот моя карточка, сэр. Если на суде мои показания смогут как-то помочь вам, обращайтесь.

Читатель уже, вероятно, заметил, что беспрестанная круговерть событий, в которой мы с Холмсом жили в то время, часто не оставляла мне времени заканчивать свои очерки должным образом и сообщать те подробности, которые могут его интересовать. За каждым делом сразу же следовало новое, и после развязки люди, с которыми нас сводила судьба, навсегда уходили из нашей суматошной жизни. Однако в самом конце своих рукописей, касающихся дела одинокой велосипедистки, я обнаружил короткую приписку, в которой сообщалось, что мисс Вайолет Смит действительно унаследовала большое состояние и вышла замуж за Сирила Мортона, совладельца известной в Вестминстере электротехнической компании «Мортон энд Кеннеди». Вильямсон и Вудли были осуждены за насильственное похищение и нападение с нанесением телесных повреждений. Первый получил семь лет, второй – десять. О судьбе Каррутерса записей у меня нет, но я уверен, что к его выстрелу из револьвера суд отнесся снисходительно, поскольку Вудли считался опаснейшим преступником, и, думаю, несколько месяцев заключения должны были вполне удовлетворить правосудие.