Преемник. История Бориса Немцова и страны, в которой он не стал президентом
- Автор: Фишман Михаил Владимирович
- Год: 2022
- Язык: русский
- Год: Издательство АСТ : CORPUS
- ISBN: 978-5-17-133048-4
- Жанр: Биографии и мемуары
Электронная книга - «Преемник. История Бориса Немцова и страны, в которой он не стал президентом». Краткое содержание книги:
Многие нижегородские демократы, стоявшие у истоков местных демократических объединений, смотрели на Немцова косо: для них он был чужаком и выскочкой. В местной прессе стали появляться просьбы не назначать Немцова губернатором. Он не только некомпетентен, но и “вступил в коалицию с представителями партийно-хозяйственной номенклатуры, благосклонно воспринявшими деятельность ГКЧП”, – с газетных страниц ябедничал на Немцова один из лидеров местной “Демократической России”. Впрочем, другие активисты за Немцова вступились, настаивая на том, что “он способен решительно проводить в жизнь политику и реформы президента” 35.
В Москве тоже возникли споры: ставить Немцова губернатором или нет. Его кандидатуру поддерживал Шахрай. “Я сказал, что Борис Ефимович, безусловно, справится, – вспоминает Шахрай. – Его в области (в основном в городе) знают. А недостаток возраста и знаний он компенсирует каким-то природным чутьем. И мне кажется, что эта формула «природное чутье» была очень близка и понятна президенту”. (Некоторые тогдашние соратники Ельцина полагали, что назначить Немцова советовала Ельцину и вдова Сахарова Елена Боннэр.)
Соратник Ельцина и в скором времени глава Контрольного управления президента Валерий Махарадзе был против. Он перечислял недостатки Немцова: возраст, нехватка хозяйственного опыта и – почему-то – отсутствие знаний о сельском хозяйстве. Шахрай не сдавался. “У меня было два аргумента, – вспоминает Шахрай. – Я говорю: область оборонно-промышленная. А кроме того, Немцов у меня в комитете написал проект закона о земле. Тут уже обалдел Борис Николаевич: «Борис? Закон о земле?» Говорю: да. Немцов этот закон писал как политический… Это именно реформа, преобразование земельных отношений, а не вопрос о власти. И вот эти два аргумента сработали” 36.
Наверняка сработал и третий аргумент: у себя дома в Нижнем Новгороде 32-летний Немцов был самым популярным депутатом. По опросам общественного мнения в октябре 1991-го, его рейтинг доверия составлял 42 % – вдвое выше, чем у ближайшего конкурента 37. Но кто бы ни рекомендовал Ельцину молодого нижегородского депутата, это был его личный выбор. И 30 ноября президент издал указ о назначении Немцова главой администрации Нижегородской области. Со слов самого Немцова, Ельцин напутствовал его так: “В принципе, ты совсем зеленый, никакого жизненного опыта нет, а область важнейшая… Я поставлю тебя. Три месяца испытательный срок. Приеду – проверю. Не справишься – сниму” 38.
Здание обкома КПСС стояло абсолютно безжизненное: не было электричества, не работали лифты и телефоны. На пятом этаже располагался кабинет председателя обкома – центр управления областью. Туда и въехал Немцов в декабре 1991 года. “Новоиспеченных отцов области (Немцова и Склярова. – М. Ф.) уже окрестили в народе – камикадзе” – так написала про назначение Немцова нижегородская газета “Ленинская смена” 39. Григорий Явлинский, с которым Немцов тогда поддерживал тесные отношения, вспоминает, как это выглядело: “Он сидел в обкоме партии, в кабинете первого секретаря обкома. Все разбежались, а он там сидел один, в джинсах, белых носках, с абсолютно всклокоченной головой. И спрашивал у меня: ну что мне делать?” 40
Прежняя жизнь закончилась, дорога назад, в науку, была закрыта: Немцов стал властью. Теперь он пришел в политику надолго. Может быть, навсегда.
Часть вторая
Глава 5
Столица реформ. 1992–1993
– Два миллиона раз! Два миллиона два! Два двести. Два четыреста. Два миллиона четыреста раз. Два миллиона четыреста два. Два миллиона четыреста… – Перед тем как произнести цифру “три”, аукционист сделал театральную паузу, – …три, продано! – и стукнул молотком по кафедре 1.
В Советском Союзе не было свободных цен, само понятие “аукцион” воспринималось как синоним капитализма и, следовательно, нечто криминальное. Поэтому легендарный аукционист Арсений Лобанов был едва ли не единственным профессионалом на всю страну: он еще с конца 60-х годов вел аукционы по продаже скакунов за валюту для иностранцев. Теперь он за 2 млн 400 тысяч рублей – примерно 24 тысячи долларов – продал продуктовый магазин на состоявшемся 4 апреля 1992 года первом показательном аукционе в Нижнем Новгороде. Лицо сидевшего в зале Егора Гайдара светилось детской радостью. На глазах сбывалась его заветная мечта: государственная собственность – вошедшие в жизнь каждого советского человека магазины под названиями “Мясо-рыба”, “Овощи-фрукты”, кафе, парикмахерские, химчистки и пр. – уходила в частные руки. Не менее довольным выглядел сидевший рядом с Гайдаром его соратник с рыжей шевелюрой – недавно назначенный главой Госкомимущества 36-летний экономист из Петербурга Анатолий Чубайс, архитектор российской приватизации. “Еще пять месяцев назад мы [с Гайдаром] писали всякие проекты, – вспоминал потом Чубайс, – а теперь оказались в качестве официальных представителей власти, которые довели дело до конца. То был момент счастья” 2.