Связанная с драконом. Принц в изгнании

— Да, конечно. Но вы мне обязательно подарите танец, пообещайте, — и главное, взгляд такой невинный.

Умеет она строить глазки. Так, сердце, нечего так сильно биться. Ну, потанцует он с ней. Ничего страшного. Совсем.

Первая влюбленность – такая вещь. Жаль, что такие мужчины, как Вэйланд, мастерски умеют разбивать сердца.

— Лорд Кроудлер, — вновь  настырно напирает принцесса. — Давайте все же сходим, прошу вас. Знаю, что будет на балу. Никто никого не пустит никуда!

Вэйланд тяжело выдыхает. Видно, что девушка решила во что бы то ни стало взять мужчину в оборот. И плевать, что у него есть дела.

— Но там настоящее искусство. Сам принц Даниэль подарил мне его, — она тянет его за руку.

— Нет! — рявкает Вэйланд, теряя свою маску спокойствия.

Принцесса отшатывается от него.

— Прошу меня простить, — говорит Вэйланд, видя подрагивающие губы принцессы.

Слезы застывают в ее глазах, но взгляд меняется, приобретая жесткость.

— Как пожелаете, лорд черствый чурбан!  — в сердцах выкрикивает она и, подобрав юбки, сбегает от нас.

Упс, надеюсь, что за обиду принцессы нам ничего не будет. 

Глава 16

Бег по утрам ничто по сравнению с тем, как я набегалась с Вэйландом днем.

Вечером мы заваливаемся домой — я в изнеможении, а мужчина как обычно — бодрячком.

Даже не спорю насчет кровати. Вместе так вместе, главное, что мягко и можно полежать.

Интересно, почему же Вэйланд так вышел из себя? Вон как у него все дрогнуло при упоминании Волавии.

Я думала, что усну достаточно быстро, но сон все не идет. Перед глазами лица родителей. Как они там без меня? Скучают? Ищут? Сердце сжимается, но я гоню от себя эту боль. Я вернусь домой, обязательно вернусь. Если я сюда смогла попасть, то домой точно вернусь.

Слезы текут по щекам. Вытираю их. Стараюсь не всхлипывать. Вэйланд, скорее всего, уже спит.

А вот я не могу никак. В голове так и проносятся картинки моей беззаботной жизни дома. Вот мы с подругами идем гулять. Сидим в кафе, улыбаемся, общаемся. Вот я хожу на работу. Вот у нас все закрывается. На работе сокращения, но меня оставляют. Правда, наваливают работы как за троих, но ничего. Главное, есть на что жить. И первый страх, когда подруга попала в больницу на месяц. Страх за себя, за родных и близких. Но все равно живем.

Я скучаю по своему миру, каким бы неидеальным он ни был. А тут я чувствую себя голой.

 Еще и колдун. Лачуга все никак не уходит из головы.

Я замираю, когда на меня опускается тяжелая рука.

— Ну что опять? Когда мы спать нормально будем? — спрашивает сонно Вэйланд.

— Когда расстанемся, — стараюсь убрать из голоса плаксивость.  — Вы спите, не обращайте на меня внимания.

А мне так тепло от его руки. По телу так и проходят волны удовольствия.

— Не могу, — он шепчет мне в макушку. — Не могу не обращать на вас внимания.

Сердце екает.

— Это потому, что связь дурацкая, — шепчу.

Лежу неподвижно, а у самой тепло так и приливает к низу живота.