Рокси

Айви заходит в комнату брата. Тот уже забрался под одеяло. Она закрывает за собой дверь и, сияя глазами, улыбается:

— Ах ты мелкий засранец! Небось прохлаждался на яхте с Шелби? — Айви присаживается на край кровати, улыбаясь от уха до уха. Она жаждет услышать исповедь.

Но брат игру не принимает:

— Не был я с Шелби. Сказать по правде, кажется, мы охладели друг к другу.

Айви так и подмывает пошутить «Как может охладиться что-то и без того еле теплое?», но она этого не делает.

— Если не с Шелби, тогда с кем?

— Ни с кем. Слушай, дай поспать!

— Поспать? — удивляется Айви. — Ты же только что продрых… сколько — часов шесть?

Айзек поднимает на нее глаза. Они и правда усталые. Нет, не усталые — изможденные. Тяжелые. Айви вспоминает — так он выглядел, когда вошел в дверь. Как будто груз беспокойства их родителей — всего лишь малая часть бремени, которое несет он.

— С тобой все хорошо? — спрашивает она. — Что вообще происходит?

— Ничего! — буркает он. — Все со мной в порядке. Правда. — И улыбается вымученной улыбкой.

Обычно Айви легко вычисляет, когда ее брат врет, а когда говорит правду, но нынешней ночью Айзек играет в серой зоне между тем и другим. Что-то в его истории не стыкуется, но делиться он не хочет, а давить на него она не станет. Ведь Айзек не раз давал ей кредит доверия в самых сомнительных случаях. Долг платежом красен.

— Спокойной ночи, Айзек, — шепчет она и обнаруживает, что он уже посапывает.

Айви тихонько встает и в этот момент кое-что привлекает к себе ее внимание.

Телефон.

Аппарат не подключен к зарядному устройству. Очень странно. Разве это не первое, что ты делаешь, когда у тебя сел телефон? Разве Айзек не сказал, мол, его телефон разрядился и поэтому он не мог позвонить домой? Айви застывает на месте. Ее мучает подозрение, что Айзек соврал родителям. Он что-то скрывает.

Она медленно, осторожно протягивает палец к телефону, который по идее должен быть мертв.

Палец касается экрана.

И экран вспыхивает.