Легенда о Спящем (СИ)

Впрочем, кроме явных простолюдинов, напротив входной двери, в самом тёмном, плохо освещённым единственной лампой углу «Тошниловки», за круглым столом завтракали двое аристократов. Я поймал в ответ на свой взгляд глаза высокого офицера в тёмно-синем мундире с золотистыми манжетами. Его взгляд скользнул по оружейному поясу с пустыми ножнами, на мгновение остановился на «Макарове», затем снова уткнулся в моё лицо. Аристократ, не отводя взгляд в сторону, что-то сказал своему собеседнику, который сидел ко мне спиной. Тот фыркнул что-то в ответ, подлил себе из кувшина, что стоял между ними и обернулся.

Обычное, ничем не выделяющееся лицо молодого человека. Тонкий шрам пересекал его верхнюю губу, а тронутые веснушками щёки презрительно скривились, увидев повязку на моем рукаве.

Он отвернулся обратно, и его собеседник также потерял ко мне какой-либо интерес.

— У Вас не занято? Можно присесть? — знакомый голос отвлёк меня от изучения зала и я повернулся к человеку в длинном плаще жреца. Трубадур! На ловца и зверь бежит!

Кивнул, подвинул к себе свой поднос. Служитель культа сел напротив меня, не отводя внимательного взгляда. Я стал разглядывать его в ответ.

Жрец сильно сдал. Его лицо, и без того худое раньше, теперь сильно обострилось, словно выдавливая сквозь кожу каждую косточку. Волосы поредели, и сквозь них проступал недавний шрам. Последствие заклятия осорка. Движения стали медленными, угловатыми, словно служитель каждую минуту ожидал, что тело ему откажет. А на лице появилась неровная гримаса, словно он только что слопал дольку лимона.

— Вы тоже живёте в Гостиных Дворах? — спросил его я.

— Нет, меня пригласил на завтрак один мой старый знакомый, который там проживает. И вот, внезапно, я увидел Вас.

Ага, как же. Внезапно.

Трубадур хлебнул из своего стакана и тихо продолжил:

— Я хотел бы сказать, что повода для беспокойства у Вас нет.

— А разве я должен о чём-то беспокоиться?

— Ну как же! Тот… инцидент в крепости. Ну, с воеводой. Нет ни малейшего повода для беспокойства. Мы побеседовали с Вороной, она рассказала о ваших похождениях. Полагаю, что и она, и те два молодых новика… Как их там, Крюк и… Марс? Нет, Март! Да, интересное имя… В общем, они не станут упоминать о том достойном сожаления инциденте.

Я дожевал крайний кусочек хлеба:

— Сознайтесь, Вы приложили к этому свою руку.

Трубадур покачал головой:

— Всё складывается таким образом, что до старого начальника Мясухи и до Вас никому нет дела. Ни малейшего интереса! Вы слышали, что произошло на Покровской Горке? Сейчас все княжества озабоченны лишь тем, как закончить эту неприятную историю без войны.

— И как, получается?

— Пока не очень… Князь Орловский захвачен в плен и, по слухам, до сих пор не пришёл в сознание. Наследник нашего княжества требует крови клана Бероевых, а ведь это один из трёх самых влиятельных кланов у Медведей! К ним присоединятся и Враны, хотя ситуацию несколько смягчило спасение вами княжны Анастасии. Теперь, несмотря на гибель целой когорты во главе с воеводой Черновым-Кобылиным, есть возможность договориться без войны.

— И что же, договорятся?

— Не уверен. У Медведей свои интересы. Там сейчас борятся за власть Бероевы, Корзуны и Полянские. Вы знаете историю их княжества? Там с самого начала было своеобразное троевластие, и титул передавался по очереди каждые несколько лет представителю одного из кланов. Пока Иван Великий, Медведев, тогда набольший воевода, в конце концов не узурпировал власть. Началась внутренняя смута, она закончилась почти полным уничтожением Корзунов и аннексией опустевшего Кабаньего княжества. Так Медведев и стал Великим Князем, укрепив свой трон. Но, гримаса судьбы — прекрасный воин, он оказался бездетным. В результате, триумвират договорился с тираном о том, что с его смертью править они станут по-старому. Но вот кто станет первым на очереди?

Жрец отпил из своего стакана и продолжил:

— Грызня вокруг престола идёт постоянно. Бероевы смогли подняться выше остальных, и тогда Полянские объединились с Корзунами. Иван Великий совсем плох, и почти ничего уже не видит. Ослеп от старости. Вот наследнички-то и подняли голову. А теперь, после исполнения заветной мечты всех медведей — выхода к Ближней Мути, клан Бероевых приобрёл очень большой вес. Только одно останавливает сейчас их от последнего шага к престолу — угроза полноценной войны. Хоть Медведи с Кабанами сильны как никогда, одновременной войны с тремя орловскими княжествами им не потянуть.

— И что теперь будет?

— А теперь будут переговоры. Скорее всего здесь, в Крысятнике. Бероевы настаивают на том, чтобы захваченные ими земли остались за Медведями. Полянские — категорически против такого требования, но желают выкупа за князя. Выкупа ежегодной долей в добыче Зерна.

— Умно!

— А то! Этим палец в рот не клади… А вот Корзуны, напротив, за войну!

— Неожиданно.

Трубадур хмыкнул:

— Напротив. Есть шанс, что молодой Бероев наконец-то себе шею свернёт. А вся слава достанется Корзунам и Полянским. И тогда можно будет уже не о выкупе говорить, а о полноценной войне. Более того, князья ведь не только Великие, потому что несколькими княжествами сразу правят. Они все друг другу родственники. Бероевы породнились с веткой Гребенщиковых, Корзуны с князьями Оленевскими, Полянские с Лисициными. Вот и сейчас видишь, Врановские дочку за наследника Орловского-Лесного отдают. Как там до войны говорили: «Паны дерутся, а лбы у холопов трещат».