Мое последнее желание

— Т-с-с… — мужчина прижал палец к губам и осторожно выглянул из-за дерева.

На рыцаре был глубокий капюшон, из-под которого блестели юркие карие глаза, а на небритом подбородке кое-где серебрилась седина.

— Ни звука, — приказал он. — Даю слово, если ты закричишь или позовешь на помощь, а рыцари услышат, я тебя сдам командиру без угрызений совести.

Страх сменился удивлением. Мужчина в форме рыцарей Затмения не хочет меня поймать? И не желает сдать своему командиру?

Незнакомец несколько секунд вглядывался в мои глаза, словно бы пытался понять реакцию. И увидев удивление, он осторожно освободил меня и некоторое время стоял с поднятой рукой, чтобы быстро среагировать на крик. Но я промолчала, а только тщательно оглядела его с ног до головы, чтобы убедиться, что не ошиблась.

Нет, это однозначно форма рыцарей Затмения, если только не искусно сделанная подделка.

— Опережая твои вопросы, — предупредил он, прежде чем я открыла рот. — Нам стоит сначала уйти со следа рыцарей, а потом уже говорить.

Незнакомец старательно оглядел лес, прислушался и только после этого двинулся параллельно тому пути, куда шла я, то есть в обход села.

Пройдя около десятка шагов, он заметил, что я за ним не следую и остановился. Его губы скривились от недовольства.

— Ты предпочитаешь компанию рыцарей во главе командира Сиджара? Или все же пойдешь и выслушаешь меня в безопасном месте?

— Откуда мне знать, что ты меня не в ловушку ведешь? — недоверчиво спросила я, но в то же время поражаясь своему внутреннему голосу, который подсказывал, выслушать рыцаря. — Может, ваш покровитель обещал огромную награду, и ты решил получить все деньги сам?

— Я не стал бы забивать себе голову, а подстроил бы ловушку, — небрежно бросил он, взмахнув рукой. — Но предпочел думать, что ты благоразумная. Это не так? Мы меняем тактику?

Последнее он произнес с явной издевкой в голосе.

— Почему я вообще должна верить рыцарю Затмения? — не отступалась я. — Или ты хочешь убедить меня, что желаешь мне добра?

Понятно, что у нас сейчас совсем не было на это времени. Судя по лицу незнакомца, он не учел, что я буду столь упряма.

— А почему нет? — тяжело вздохнул он, вглядываясь в лес.

— Последний человек, который желал мне "добра" — убил мою семью, — произнесла я и поняла, что впервые после случившегося говорила о родных без дрожи в голосе.

Мужчина повернулся ко мне, и в его напряженном молчании почувствовалась какая-то неловкость. Проявление каких-либо эмоций нехарактерно для рыцарей Затмения. Они просто неспособны переживать, сочувствовать или, тем более, чувствовать неловкость. У этих людей, вероятно, даже души нет.

Мужчина вдруг вздрогнул и посмотрел в сторону села.

— Скорее, — оживлённо поторопил он меня. — Мне кажется, я слышу их голоса.

Я думала, что рыцари не пойдут обратно в лес, но сейчас вспомнила, что они оставили на дороге лошадей. Если бы не этот незнакомец, я бы попалась им на обратной дороге. Усталость плохо сказывалась на моей сообразительности.