Примерно в тридцати километрах западнее Токио есть американская база Йокота. Там, кроме всего прочего, находится и штаб-квартира всех расквартированных в Японии подразделений США – Это и Армия, и ВВС, и ВМС, и Корпус морской пехоты. Всего в Японии военнослужащих граждан Америки не так и много – где-то 47 тысяч, однако нужно к этому добавить около 52 тысяч членов их семей и пять тысяч гражданских служащих. Получится за сотню. Прилично! Теперь давайте отнимать. Сильно потрепали лётчиков и флот, досталось и морским пехотинцам на Тайване. И последнее вычитание – в результате термоядерного взрыва практически прямо на базе ВМС США в Сасэбо.
Осталось порядка пятнадцати тысяч именно военных. Это против ста миллионов японцев. Нужно ведь тоже вычесть почти пять миллионов погибших на Кюсю.
Русское слово «Япония» является экзонимом. В наш язык оно пришло, предположительно, из немецкого. Сами же жители свою страну называют «Ниппон». Если же иероглифы, которыми написано название страны перевести, то получится – «место, где восходит солнце». Страна Ямато, что тоже иногда звучит, – это название древнего государства на части японских островов. Типа, – «Русь», или там «Княжество Московское».
В ночь на первое сентября 1969 года император Сёва отрёкся от престола в пользу своего сына, наследного принца Цугу. Теперь императором Японии стал Хэйсэй, он же Тэнно Хэйка (то есть Его Императорское Величество), он же – Император Акихито в Западном мире.
Бывший император Сёва, он же Хирохито, получил теперь титул Дзёко Хэйка (то есть Его Величество Император на покое).
Передав ночью сыну Регалии японских императоров (Сансю-но дзинги, «Три священных сокровища» – бронзовое зеркало Ята-но кагами, яшмовые подвески Ясакани-но магатама и меч Кусанаги-но цуруги. Символизируют соответственно мудрость, процветание и мужество), Дзёко Хэйка Хирохито дошёл до своих покоев. Медленно, наслаждаясь каждым шагом.
Он надел простое кимоно и взял со стены одну из катан, родовую. Потом вышел, поклонился жене и сел в автомобиль, который привёз его в госпиталь. Туда уже третий день свозили раненых с Кюсю.
– Есть ли среди вас самураи? – спрашивал он в переполненных палатах, где нечем было дышать от смрадного дыхания гниющих заживо людей.
Потом шёл в следующую палату. Потом в следующий госпиталь. В следующую больницу. Следом подъезжал грузовик, и из кузова выдавали в перебинтованные руки мечи. Простые, не родовые, со старых военных складов. И кимоно. Простое. Умирающие от радиации и ожогов люди надевали белые одежды, брали в руки меч и, поддерживая друг друга, шли по Токио в сторону Йокота. Люди выходили из домов и смотрели на них. Потом возвращались, переодевались, доставали своё или дедовское оружие и пристраивались следом. Впереди процессии шёл шестидесятивосьмилетний Дзёко Хэйка Хирохито. Генералиссимус мёртвого войска.
Потом историки назовут это поход «маршем ядерных самураев». И половина не дошла. Умерли, преодолевая свой последний путь почти в тридцать километров – в семь ри.
Дорога в семь ри не имеет конца.
Дорога в семь ри бесконечна.
Хоть голубя шли, хоть другого гонца.
В сердцах они наших навечно.
Первым при штурме американской базы в Йокота погиб Сёва – его застрелил охранник американской базы. Он шёл твёрдым шагом, уверенным шагом воина, чуть боком и держал меч в отведённой назад руке. И за ним шли люди. Как он, как их император. С отведённой назад рукой. Атомные самураи мёртвого императора.