Дребезг Звёзд

Дом Мальца оказался и вправду куда уютнее, чем Сон представлял себе изначально. Просторная прихожая с большим зеркалом на всю высоту стены, вешалкой для одежды и небольшим шкафчиком для обуви встречала гостей, направляя их в коридор, из которого был выход на веранду, кухню, спальную и зал.

Первый вопрос, который задал Сон хозяину дома — где можно курить.

Мальц тяжело вздохнул — судя по всему, ему это не нравилось, — и отправил его на веранду, предупредив при этом, что окна должны быть открыты.

Курение — это целый ритуал, который понятен лишь отдельным личностям, хотя многие не согласятся с этим утверждением. Просто покурить сигарету, чтобы успокоить нервы — это может каждый. Куда важнее то, зачем ты это делаешь. Выбор — вот в чём суть. Каждый раз совершая новую затяжку принимать как должное факт, что вот эта самая маленькая трубочка, сквозь которую в лёгкие поступает дым — это твоя личная смерть. И чем больше ты куришь, тем скорее наступит последний миг. И ни за что нельзя обманывать себя иллюзиями, что этот миг будет лёгким и безболезненным. Нет. Ты принимаешь скорую и мучительную смерть, и осознаёшь это. И как раз из подобных мыслей и состоит ритуал: ты отдыхаешь душой и телом, отдавая сознание в объятья мрака запредельной жизни, с которой стремишься слиться. Кальян таких ощущений не давал.

Проводив Сна на веранду, Мальц закрыл за ним дверь, а сам удалился на кухню.

Сон открыл прозрачную дверь, за которой царил кромешный мрак, и вошёл в пустоту. Когда рука нашла выключатель, перед его взором раскинулся небольшой кабинет в зелёных тонах с выходом на балкон и парой кресел. На стенах между невысокими книжными полками, полной самой разной литературы, которую пока что не хотелось изучать, висели странного вида плакаты с циклопическими городами явно неземной архитектуры, и что-то подсказывало Сну, что где-то ранее он уже встречал похожие изображения. Про себя он подметил, что неплохо было бы потом расспросить Мальца о них, узнать автора, и распечатать уже дома. Уж больно они красивые

Глубокое кресло манило бархатом. Извлекли из походной сумки пепельницу в форме черепа, открыли ставни нараспашку, включили «Арабскую ночь» трёхминутной длительности, — ура, можно выдохнуть спокойно.

Зелёный кров этих стен, лик алой луны за окном, едкий белый дым, таинственность забытых городов, ритмичные настукивания и томный манящий голос восточных напевов — всё это убаюкивало юношу, возвращало домой, к старым мыслям, к памяти о волшебстве и лихим приключениям. Вот он, великий правитель восседает на своём престоле, испускает колечки дыма и смотрит свысока на земную твердь, да гадает, что бы такого ещё создать, а что — пора бы разрушить?

Сон счастливо выдохнул: подать ковёр — и вперёд, к своей луне, в закат двух солнц, под небосвод чёрных звёзд.