Царство и священство

Какая-то странная закономерность раскрывается в этом: благосостояние общества (и особенно американского и европейского) растет, а рождаемость повышается в основном за счет «цветного» населения: негров, арабов, метисов, турков, мексиканцев и т. п. На самом деле просто супруги не хотят себя связывать заботами о малыше, не желают обязываться, не считают возможным променять карьеру и относительно спокойное, благополучное и стабильное существование автономного типа на родительскую любовь, которая, как известно, требует большого самоотречения и отказа от многих желаний и личных привычек, иначе – самоограничения. Но современный человек не хочет ограничивать свои потребности и интересы, соответственно этому решается вопрос и с ребенком.

Автономная самодостаточность каждого индивида, лежащая в основе современного внецерковного брака, проявляется в полной мере и во взаимоотношениях между самими супругами. У каждого из них имеются собственные средства, каждый ведет свой учет, при любом споре между ними – иск в суд, чтобы «все было по закону». Назвать этот союз самцов и самок «союзом любви» совершенно невозможно. Этому ли учит Церковь, раскрывая великую тайну бракосочетания?

Как отмечал К.П. Победоносцев (1827–1907), с точки зрения христианства в семье лица состоят между собой во взаимном отношении власти, покровительства, подчинения и верности[85]. «Идеал брака, – писал он, – очищаясь и возвышаясь в понятиях человечества, получил, наконец, в христианском мире значение таинства (выделено мной. – А.В.). Какое значение ни придавать этому слову “таинство”, во всяком случае, едва ли кто, верующий в цельное бытие души человеческой и в жизнь духовную, станет отвергать, что в этом союзе… есть тайна глубочайшего и полнейшего духовного и телесного единства»[86].

Эту мысль повторяет и современный православный автор. Тайна счастья христианских супругов, говорит священник Евгений Шестун, заключается в совместном исполнении воли Божией, выраженной особо к каждому члену семьи и соединяющей их души между собой и со Христом. «Без любви к Спасителю никакое соединение не прочно, ибо ни во взаимном влечении, ни в общих вкусах, ни в общих земных интересах не только не заключается истинная и прочная связь, но, напротив, нередко все эти ценности вдруг начинают служить разъединению»[87].

Именно это и демонстрирует нам современная семья, давно забывшая Бога. Если мы согласны в том, что государство не может отказаться от политики в области семейных отношений, то возникает совершенно очевидный вопрос: что именно оно стремиться положить в основу семейных отношений? Любовь, материнство, отцовство или «права человека»? Как мы видим, результаты получаются совершенно противоположными, поэтому данный вопрос напрямую связан с участием Церкви в деле определения основ семейной политики государства.