Убить Пифагора [litres][El asesinato de Pitagoras]
- Автор: Чикот Маркос
- Год: 2022
- Язык: русский
- ISBN: 978-5-04-164317-1
- Переводчик: Надежда Марковна Беленькая
- Жанр: Другие детективы
Электронная книга - «Убить Пифагора [litres][El asesinato de Pitagoras]». Краткое содержание книги:
Полис Кротон, 510 г. до н. э. Почтенный философ Пифагор — один из самых влиятельных людей своего времени, лидер могущественной религиозно-философской организации — готовится назначить преемника. Втайне от всех он выбирает лучшего из шести учеников. Но череда убийств, каждое загадочнее и необычнее предыдущего, потрясает школу пифагорейцев. Некто расправляется с кандидатами. И кажется, что темный разум убийцы превосходит по гениальности самого Пифагора. Очевидно, что смерть великого философа должна стать кульминацией в его зловещем сценарии…
Чтобы вычислить убийцу, глава пифагорейцев прибегает к услугам египтянина Акенона, известного своими талантами в подобных делах. Но поможет ли Акенону его знание человеческой природы против столь грозного и хитрого врага?
Национальный бестселлер Испании и самая продаваемая электронная книга на испанском языке в истории. Автор — финалист премии Planeta — самой ценной литературной награды после Нобелевской премии по литературе. Премия Mediterranean Culture Award за лучший роман.
«Исторический триллер года». — Novelas-historicas
«Преступление, детективные загадки, любовь и динамичная триллерная интрига». — Historia National Geographic.
«На редкость интересный роман от автора, умеющего сохранить напряжение и динамику до самого конца». — Leer es viajar.
«Жаркий исторический триллер, который переносит нас в колыбель современной цивилизации, в самый центр интриг и страстей». — Diario la vanguardia.
«Тщательность, с которой автор реконструирует эпоху, придает роману невероятно реалистичное звучание». — Adivina quien lee.
Две внимавших им толпы одновременно задержали дыхание. Все взгляды были устремлены на Килона. Лицо его налилось кровью. Он попытался заговорить, но не находил слов и лишь неразборчиво что-то мычал. Когда шок миновал, у него появилось желание выхватить меч и пронзить самозванца, который осмелился отказать ему при всех. Он с трудом взял себя в руки. Прищурился, глаза его стали узкими, как две прорези, сквозь которые сочилась бесконечная ненависть.
— Ты пожалеешь об этом, — хрипло пробормотал он. — Клянусь.
С тех пор прошло тридцать лет, но каждый день Килон раскаивался в том, что не убил Пифагора на месте. Его ненависть не переставала расти прямо пропорционально признанию и власти Пифагора.
«Из-за тебя я теперь всего лишь второсортный правитель», — подумал Килон, лежа на кровати, и горло его наполнилось желчью.
Через несколько лет после публичного унижения Пифагор убедил Совет Тысячи учредить Совет Трехсот. Его членами будут члены Тысячи, которые были приняты и обучены Пифагором. Просто невероятно: большинство гласных Совета Тысячи, которые не вошли в Совет Трехсот, преспокойно это проглотили, несмотря на активную кампанию против нововведений, организованную Килоном.
Неужто эти люди настолько глупы, недостойны и жалки, чтобы стать простыми марионетками, слугами самозванца? С тех пор Совет Тысячи включал в себя Совет Трехсот, который правил Кротоном в соответствии с учением своего проклятого мессии, и остальных семисот, которые являлись в Совет, чтобы быть свидетелями этого исторического беспредела.
«Но что-то явно изменилось. Сегодня я это почувствовал», — подумал Килон.
Его всегда поддерживали несколько десятков из числа семисот второстепенных представителей. Слишком мало, чтобы чего-то добиться, но по мере сил он подпитывал искру бунта, дожидаясь удобного момента.
Они ждали слишком долго, и, возможно, осталось уже чуть-чуть.
Килон по-прежнему был прекрасным оратором и на сегодняшнем заседании приложил больше усилий, чем когда-либо прежде. Сеял сомнение и раздор, и в итоге более двухсот советников аплодировали его речи против Пифагора. Около трети из семисот явно были на его стороне. Среди Трехсот явных проявлений поддержки не было, но кое-кто сочувственно кивал, а это уже немало.
Пифагор совершил непростительный промах, наняв чужеземца взамен органов порядка.
Килона поддержало больше народу, чем когда-либо прежде, и он был очень доволен. Тем не менее для осуществления мести его влияние было пока слишком слабо. Надо что-то предпринять, что склонило бы чашу весов в его пользу.
«Мне нужно больше смертей», — подумал Килон.
Глава 22
19 апреля 510 года до н. э
— Ариадна, — послышался детский голосок, — ты меня причешешь?
Кассандра смотрела на Ариадну широко раскрытыми миндалевидными глазами. Она излучала невинность семи лет, которые ей только-только сравнялись.
«Куколка», — улыбнулась Ариадна.
Он погладила девочку по бархатной щеке и взяла протянутую расческу. Это был простой деревянный гребень с двумя рядами зубчиков. Кассандра села на камень и радостно засмеялась, а Ариадна устроилась перед ней. Она скользнула тыльной стороной ладони по волнистым каштановым волосам и провела по ним гребнем.
Они сидели в общинном саду, утро выдалось солнечное. Была перемена между двумя уроками для самых младших учениц. Эти девочки не были ученицами Ариадны, но она помогала за ними ухаживать и с удовольствием проводила с ними время. Среди детей она чувствовала себя гораздо комфортнее, чем среди взрослых.
Ариадна снова взглянула на противоположный конец общины и наконец его увидела.
— Кассандра, мне пора. Вечером причешу тебя, хорошо?
— Хорошо.
Малышка вскочила на ноги, выхватила из рук Ариадны гребень и побежала к другой учительнице, чтобы та ее причесала. Казалось, ей все равно, кто это сделает, и Ариадна по-детски расстроилась.
Она встала и пересекла общину, направляясь к Акенону. Египтянин смотрел куда-то вдаль, словно чего-то искал. Своим одеянием он выделялся среди обитателей общины, как обломок коры на снегу. Он был единственным человеком в общине и, вероятно, во всем Кротоне, кто носил штаны. Греки облачались в туники, плащи-хламиды или мантии-пеплосы различной длины и плотности в зависимости от климата, возраста и социального статуса. Они в большинстве своем не носили даже нижнего белья. Кроме того, использовали главным образом лен, шерсть и коноплю, в то время как короткая накидка Акенона была из выделанной кожи.