Нищий Король [СИ]

— Там живут, хоть и не рады, — Заяц тяжело переживал воспоминания — в Лапландии, у Святого Николая, нам с сестрой довелось саночки потаскать, как он сказал, это нам вместо повышенной пенсии, за труды наши. Вот как вознаградил. Несправедливо!

— Святой Николай всегда мне много подарков под ёлочку ложил, — похвастался Его Величество — всё потому, что я весь год хорошим королём был.

— Вот, как раз, что бы мы к тебе ездили, — призадумался Заяц — что — то не припомню.

— Это потому, что такое грязное животное к дворцовой ёлке не подпускали! — нагрубил Зайцу Его Величество.

— Он правду говорит, — подтвердила слова брата Зайчиха — ни разу мы к тебе не ездили, твоё личное дело я видела у Санты в нужнике, когда чистила его. А подарки тебе, небось, дарили твои подхалимы, выдавая за святониколайские.

— Молчать! — приказал Король, который отлично знал откуда на каждое Рождество брались подарки под главной королевской ёлкой, потому что сам, на тайном совете, приказал организовать регулярные подношения даров для себя от имени Святого Николая. И, когда, чернь по прямой трансляции видела, как щедро одаривает ихнего государя Святой Николай, то убеждалась, что всё, что Величество творит с ними есть правильно и бунтовать нельзя. Кроме того, для вяшего убеждения, под ёль ложилось письмо, писанное самим Святым Николаем, где правление Короля Многоземельного всячески нахваливалось и поощрялось. Письмо зачитывалось телеведущими на первом правдивом канале (он же единственный), что приводило подданных в неописуемый восторг и радость. Находились, конечно, такие, кто смел усомниться в подлинности послания, то им казалось, что кажый год у писем стиль разный, да и подчерк, тоже. Что же, на таких смутьян и существовали милиция и тайная полиция, которые быстро находили за такими сомневающимися длинную руку мировой закулисы, пытающуюся подорвать благоденствие и процветание, возможные, только, под правлением Величайшего Короля Многоземельного.

После пары часов пути Король и Зайцы выбрались на шоссе и, наконец, зашагали по прямой. К тому времени дорожное покрытие успело достаточно нагреться, и Зайцу с Зайчихом, что бы не поприпекать пятки, всё же пришлось идти по обочине, при чём очень строго её придерживаясь, дабы, не приведи, не заступить в лесную полосу, вся линия которой пестрила угрожающе — воспрещающими знаками и была обтянута колючей проволокой под электрическим напряжением.

— Боюсь, что до вечера мы в город не доберёмся, — сказала Зайчиха.

— За лесом будет хуторок, — Заяц поскрёб проплешину за ухом — можно будет у местных за жменю гречи переночевать и пожрать.

— Не дам, — коротко выразился Король.

— Там живут одни бедняки, — припомнила Зайчиха — они могут и за даром впустить.

— Ха! — выдавил из себя презрительный смешок Король — потому — то эти дураки и бедные. Я, вот, стал самым богатым королём в мире не оттого, что на халяву всяких бродяг кормил — поил.