Там, где обитают куклы... [СИ]

«Теперь я начал понимать, почему индейцев называли краснокожими…» — с некоторой долей иронии произнес Том, отпивая из высокого стакана, оглядев, при этом, себя и Макса. «С вами никакой романтики путешествий! Поросята вы наши молочные! Обгорели до кожных лохмотьев, а теперь вас никуда не вытащить! Ну и какого…, я спрашиваю… ехать через полмира сюда, в поисках острых ощущений, чтобы вот так, как вы, бездарно проводить драгоценное, отпущенное нам время?!» — по-дружески возмущаясь, глумился над ними Генри. «Генри, друг ты наш сердечный, почему бы тебе не пойти кое-куда?» — вежливо интересовались они у него. «Только вместе с вами, друзья мои! С вами — куда угодно! Хоть черту в пасть!» — отвечал он с традиционной милой улыбкой.

Пока еще не совсем улетучились впечатления от ночной рыбалки, друзья решили предпринять попытку ныряния со специальным снаряжением на расположенных возле острова Тибурон коралловых рифах. К сожалению, Родриго оказался занят и теперь они с Карло, вывозили к лежбищу морских львов, на юге полуострова Калифорния, какую-то компанию развеселых американцев из Хьюстона, решивших содержательно провести время на мексиканском побережье. Однако, он не остался в стороне и дал телефон своего приятеля, тоже — владельца небольшого катера, Игнасио Ортеги.

Игнасио оказался человеком хмурым и неразговорчивым. К приезжим всех мастей, он относился так, как жители тропиков относятся к различного рода надоедливым насекомым, постоянно гудящим над ухом, когда понимаешь, что от них — все равно никуда не деться. Однако, как им бы он ни был хмурым и неприветливым, он прекрасно понимал, что в отличие от тех же насекомых, на туристах можно неплохо подзаработать, тем более, что климат позволял делать это практически круглый год. Он был хмур, но неизменно тактичен, как бы дико это не контрастировало между собой. Его крытый катер, раскрашенный в цвета мексиканского флага, частенько болтался у того же пирса, что и «Осьминог» Родриго, а иногда и попросту — рядом с ним.