Дерзкий

— Маша… — он, похоже, тоже почувствовал, как меня током дернуло от невинного прикосновения, потому что глаза заволокло дымкой предвкушения, и голос стал таким… влекущим… — Маш… Поехали ко мне, а? Пожалуйста…

И вот тут распутная Маша чуть было не сказала «да», наплевав вообще на все на свете, потому что очень уж хотелось, до боли просто, а спастись, как в прошлый раз, сбежать, не получалось…

Если б была девственницей, то, наверно, было бы проще. Я была бы не в курсе, что он может со мной сделать, и как он может это сделать…

Но, к сожалению, что такое секс, я знаю, и что такое оргазм, тоже. И сейчас абсолютно уверена в том, что секс у меня с Хищником был бы феерический. Такой, какого не было никогда. Потому что и мое тело ни на кого так не реагировало. Никогда.

Я словно под гипнозом, когда все понимаешь, осознаешь и последствия, и причины, а тело не слушается. Тупо не слушается!

Хищник, видя мои колебания, усиливает напор.

— Я все это время с ума сходил, — шепчет он, пробираясь мурашками прямо под кожу, прямо в нервы, — я ни о ком думать не мог, понимаешь? Охеревал… Решил, что голубой… Ты не виновата, конечно, но это же не просто так… Я тебя захотел в виде парня, прикинь, как я схожу с ума теперь? Зная, что ты — девушка, что ты меня тоже хочешь? Маша… Нахрена эти танцы? Пожалуйста… Я тебе помогу, честно. У меня тут… Не у меня, у отца в городе все схвачено. Мы тебя так спрячем, никто не найдет никогда! И ты никому не будешь ничего должна. Я все решу. Я обещаю. Маш… Все расскажешь мне, и я сделаю так, как будет правильно…

И вот в этот-то момент Маша приходит в себя. Очень мощно и болезненно.

Игорь тоже так говорил…

«Я все решу. Я сделаю так, как будет правильно»…

Где теперь Игорь? Я даже не уверена, что его похоронили, а не сожгли, например, на свалке…

Хочу ли я такой судьбы для этого парня?

Мороз продирает настолько больно, что физически начинает ломить пальцы.

Я с силой отодвигаю стул от стола, скрипя на всю столовую ножками по кафелю.

Встаю, Вадим, видя перемены в моем лице, тоже поднимается.

— Значит, так, — сухо и спокойно говорю я, — мне сейчас не нужны проблемы, как ты понимаешь. То, что ты предлагаешь — это проблемы. Для тебя, в первую очередь. Все, что было можно сказать, ты услышал. Я очень жду и надеюсь, что ты — человек слова, и никому ничего не скажешь.

— Маш…

— Арс! Полурослик! Сеня! — перебиваю я его с нажимом, — все. Только так. Мы с тобой даже дружить не будем, Шатер. И прошу тебя, держись подальше. Вот прямо так, как раньше.

Разворачиваюсь и выхожу из столовой. Не особо быстро, потому что нехрен лишним глазам давать повод для сплетен.

Вадим, конечно, со мной не согласен и сейчас переживает.

Да я и сама в шоке. И тело мое глупое ломит в разных местах от того, что ему практически обломился классный секс, а затем жестко обломался.

Но как унять тело, я знаю.

И, очень надеюсь, что удалось унять Вадима.

Не хочу потом думать, каким образом его похоронили.

В коридоре все же не выдерживаю, убыстряюсь, благо, нет никого, все на парах.