Отверженный 追放者 Часть I

Мы оба понимали, что я им прикрываюсь. Если он сейчас уйдет, то я останусь один, а эти уроды могут вернуться с подкреплением. Сложно представить реакцию Сато на поражение его боевого отряда. А когда он узнает, что один из его игроков руку сломал… Ох, этот засранец точно будет в ярости.

Я сейчас на территории врага, спортивная площадка – это их база. Но пока рядом сынок якудзы, меня будто закрывает невидимый божественный щит. Так что мне стоит воспользоваться этой возможностью.

В конце концов, где якудза, а где я! Бейсболисты здесь, рядышком, дышат в спину, точат биты, в отличие от татуированных бандитов Токио. В тот момент я не мог поверить, что якудза реально придут за мной, даже если узнают, что я общаюсь с Ягами. Это глупость несусветная, мы в 21 веке живем, а не в навозном средневековье. Тут полиция, родительский комитет, правительственная опека, службы всякие-разные, забыл совсем какие… В общем, папа-якудза припугнул сынка, а со страху обжижилась вся школа. Никто не придет.

Но страх перед криминальной организацией настолько силен, что меня не посмеет тронуть даже Сато, да хоть я ему в рожу плевать буду, главное, чтобы рядом был мой новый дружбан. Хм, я прицеплюсь к этому мальцу как клещ, пока он нужен. Если понадобится, буду его самым крутым братаном во всей школе. Все ради того, чтобы он играл роль громоотвода. Это так легко, что похоже на чит в игре.

Так что мне незачем убивать Ягами, чтобы натравить мафию на гопников, я и сам справлюсь, ведь стану неприкосновенным.

Я тщательно отмыл кровь и пот, пожалел, что нет при себе пластыря, чтобы залепить бровь. Было пару неприятных синяков на спине и боку, да и одна лиловая отметка под глазом. Все-таки подростки бьют куда слабее. Дерись я с мужиками постарше, не обошлось бы без переломов и сотрясения.

Оделся в полном одиночестве, затолкал вещи в рюкзак и пошел на выход. Надеюсь, приключения на сегодня закончились.

***

Мы сидели в кафетерии вдвоем, после обеда я пил черный кофе без сахара, а Ягами зеленый чай. Мы также купили набор сладостей и плотно на них присели.

– Икари, я хотел тебе сказать, что… зря я позволял тебя бить раньше. Мне не казалось это важным, теперь я вижу, что был неправ, – неожиданно сказал он.

– Без проблем, – жевал я сладкую булку. (А как же диета? Забыл совсем?!) – Слушай, Дате-кун, скажи, каково тебе?

– В смысле?

– В смысле, – быть одному. Наверное, нелегко, когда даже поговорить не с кем.

Я спрашивал не потому что мне было интересно. Признаюсь, – мне наплевать на чувства бандитского отпрыска. Но подобные разговоры должны расположить его ко мне. Мне же нужно подружиться. Черт, подружиться…какое странное слово. А ощущение какое непривычное. До чего я опустился…

– Знаешь, казалось бы, что там сложного, – ответил он, глядя в окно на лужайку. – Часто бывает, что люди вокруг только и делают, что раздражают. Сидишь и думаешь, лучше бы вы все отвязались от меня и шли прочь.

Мне можешь не рассказывать дружок, я так постоянно думаю. В отличие от тебя молокосос, я всю жизнь один и меня это устраивает.