Корабль в вечность

На последних фразах она повысила голос, чтобы услышали все солдаты, как наши, так и ее. Каждое ее слово звучало непреложно, словно констатация уже случившегося.

И, конечно, доля правды в ее утверждениях имелась: взрыв уже был и будет снова. Он казался неизбежным, и безапелляционность Воительницы не оставляла пространства для воображения.

Однорукий солдат за ее правым плечом поерзал в седле. Я пыталась поймать его взгляд, но он смотрел только на наших солдат напротив.

Воительница заметила, что я таращусь на ее увечного телохранителя.

— Не обманывайся, — сказала она. — Он лишился руки в Нью-Хобарте, но, даже понеся ущерб, все равно победит сильнейшего омегу. — Она покосилась на Дудочника.

Тот не обратил внимания, но я разозлилась.

— А в чем разница между его левой рукой и рукой Дудочника?

— Мой солдат таким не родился, — ответила Воительница. — Он не урод.

Дудочник лишь рассмеялся.

— И что, это как-то помогает ему завязывать шнурки?

Все переговоры однорукий телохранитель смотрел прямо перед собой, но теперь перевел взгляд на Дудочника. В его глазах я не увидела ничего. Узнавал ли он себя в теле Дудочника? Или тот внушал ему отвращение? Я уже убедилась, что можно испытывать оба этих чувства одновременно.

Солдат отвел взгляд.

— Не рассчитывай, что эта возможность договориться затянется навечно, — вновь обратилась к Инспектору Воительница. — Я с этим покончу, с тобой или без тебя. Покончу безусловно.

Я подумала о Паломе, ее семье и о всех людях в Далеком крае, даже не представляющих, что их ждет.

— Отдай мне Реформатора, — потребовала Воительница.

— Почему Зак для тебя так важен? — спросила я. — Что тебе от него нужно?

Не удостоив меня ответом, она, обращаясь к Инспектору, снова повторила:

— Отдай его мне.

— Останови все это безумие с машинами, — выдвинул встречное требование Инспектор.

Воительница холодно посмотрела на него.

— Ты принципиальный человек, я всегда это знала, — сказала она. — И даже понимаю твое неприятие некоторых моих действий. Я уважаю твое почитание табу. Но если ты продолжишь поддерживать этих, — она кивнула на нас с Дудочником, — то вскоре столкнешься с технологией гораздо более страшной, чем все виденные здесь. Не ведись на обещание покончить с рождением близнецов. Речь идет о конце знакомого нам человечества. Мы уже решили проблему, как избавиться от отрицательных сторон связи с ущербными близнецами.

— Баки — это не решение! — заорала я.

Ни она, ни Инспектор мне не ответили, лишь смотрели друг на друга. Я переводила между ними взгляд, пытаясь понять, что происходит.

— Отдай мне Реформатора, — вновь сказала Воительница.

— В обмен на что? — спросил Инспектор.