Непрерывный (ЛП)

— Да, я уверена.

— Хорошо, тогда скажи, должна ли я простить его?

Простить кого? Нэйтана? Я была в замешательстве.

— Не могла бы ты объяснить все это снова? Из-за головокружения трудновато понять, о чем ты говоришь.

И да, ты должна простить Нэйтана, потому что он — это Уайат. Этого сказать, я, конечно же, не могла. Но прямо сейчас мне хотелось пойти обнять Нэйтана и сказать ему, как сильно я соскучилась по нему. Он подумал бы, что я сошла с ума. Даже не имея ни малейшего представления о том, как сильно я любила его.

— Все из-за той девушки, Сиеры. Она звонит ему в шесть утра, чтобы он пришел и заменил ее лампочку, и он идет, Пэган. Он встает и идет, чтобы починить ее люстру. Она не идиотка. Она может починить ее сама. Зачем ему делать это? Я его не понимаю. Прошлой ночью у нас был потрясный горячий секс, и вот я просыпаюсь и нахожу от него записку, говорившую, что ему позвонила Сиера, у нее перегорела лампочка, и она нуждалась в помощи.

Это было странно. Нэйтану нужно будет устроить небольшую встряску.

— Ты имеешь полное право расстраиваться. Но, может быть, ты его неправильно поняла.

Миранда пожала плечами и положила голову мне на плечо.

— Вряд ли такое можно неправильно воспринять. Парни такие отстойные. Но ты знаешь это. Тебе и впрямь нравился Данк, а он взял и трахнул ту девчонку. А затем тебе докучает Джей. Я вижу это по твоему лицу. А еще я думаю, что, возможно, он опять трахает Викторию, просто чтоб ты знала.

Хорошо. Надеюсь, он трахал ее не переставая.

Я погладила Миранду по голове:

— Все нормально. В конце концов, все станет на свои места. Что же касается Джея, то раз уж он хочет Викторию, то пусть будет с ней. Я поговорю с ним об этом. Ему, наверное, так же скучно со мной, как и мне с ним.

— Видишь, тебе плевать. Я тоже хочу так. Но я не могу, Пэган. Я принимаю все чересчур близко к сердцу.

Разумеется, она принимала. Если он по-прежнему был Уайатом, я пошла бы отвесить ему оплеуху и потребовать от него объяснений. Как-то странно, что та же самая душа, то же существо, теперь была кем-то другим. Кем-то, кого я совсем не знала. Все не могла перестать думать о том, чтобы зарядить Нэйтану хорошенькую пощечину.

— Я собираюсь принять душ, а позже ты пойдешь со мной по магазинам? Мне нужна обувь-терапия.

Данк был здесь. Вспомнила я. Я не хотела идти за обувью. Мне хотелось просидеть на коленях у Данка весь оставшейся день. Ну, целовать его, и заниматься кое-чем еще.

— Эм, знаешь, мне нужно будет сегодня кое-куда пойти. Это займет весь день?

Миранда поднялась и искоса посмотрела на меня:

— И куда именно тебе нужно будет пойти?

Я могла бы солгать, но меня бы, наверное, раскусили. Я решила начать с правды.

— Я снова встречаюсь с Данком Уолкером. У него ничего не было с той девушкой. Это был другой парень. Я неправильно расслышала.

Это была правда.

Брови Миранды взметнулись.

— Ты снова встречаешься с Данком Уолкером? Он вернулся? Я не видел его уже несколько недель. Я думала, что он бросил все и путешествовал с группой.

Я обвела взглядом комнату, раздумывая, где именно он был.

— Да, он вернулся. Не путешествует. Вернулся… — я замолчала.

Миранда посмотрела на меня странным взглядом.

— Ладно. Хорошо. Я пошла собираться, а ты можешь пока что проснуться, прийти в себя и тогда мы отправимся за обувью.

Когда Миранда закрыла дверь ванной, я упала спиной на кровать. Дерьмо. Я не хотела идти и покупать обувь.

Тело Данка накрыло мое и его губы скользнули по моему уху.

— Я пойду работать. А ты — повеселись. Но сегодня вечером, ты моя. Мы пойдем гулять и веселиться. Я хочу пригласить тебя на танец и держать тебя так, как мне хотелось в тот вечер в клубе. Только пообещай мне, что ты наденешь те жёлто-коричневые сапоги, — голос Данка звучал тихо, пока он нежно шептал мне на ухо. Я вздрогнула и закинула ногу на его бедро.

— М-м-окей. Звучит здорово.

Данк поцеловал родинку на моей шее, а рукой потянулся и провел вверх по моей ноге так, что она почти обернулась вокруг его талии.

— Совсем скоро вернется Миранда. Мне нужно идти. Не начинай того, чего мы не сможем закончить.

Я хихикнула и опустила ногу.

— Ну ладно.

— Я люблю тебя, Пэган, — сказал он напротив моих губ прежде, чем исчез.