Вся пани Иоанна. Том 1 [компиляция]

– И этот человек все эти годы работал в милиции?

– В милиции работает еще дольше. Пришел сразу после окончания войны.

– И вы можете за него поручиться?

– Как за самого себя. И даже больше.

– Ну тогда хорошо. В случае чего моя смерть будет на вашей совести.

– Вы что, – спросил полковник, – выпили оба, что ли?

– Никак нет, – улыбаясь, ответил майор. – Сейчас вы поймете. Только что эта женщина сообщила мне удивительные вещи, которые могут представить для вас интерес. Ее похитили в Копенгагене, гангстерский синдикат, азартные игры, сокровища, спрятанные где-то…

– А! – прервал полковник, и его лицо прояснилось. – Так это вы?

– Вижу, что вы обо мне слышали! – обрадовалась я.

– И даже очень много. А почему вы пришли к нам? Произошло еще что-то? Что-то новенькое?

– Я не знаю, что для вас старенькое, – возразила я. – А пришла я, чтобы просить у вас двух сильных милиционеров в полном обмундировании. И не помешало бы, чтобы оружие было при них.

– В таком случае давайте побеседуем поподробнее. Благодарю вас, майор, вы и в самом деле доставили мне очень интересный материал.

Как показали дальнейшие события, слова эти он произнес не в добрый час. Если бы он мог предвидеть, насколько интересна и разнообразна станет из-за меня его жизнь, думаю, он немедленно выдворил бы меня из кабинета.

Майор попрощался и вышел. Я в подробностях рассказала полковнику обо всем, происшедшем со мной. Он молча слушал.

– А зачем вам два милиционера? – спросил он, когда я закончила. – Ведь в доме у вас есть защитник.

Он улыбнулся, и его глаза весело блеснули.

– Кого вы имеете в виду? – спросила я.

– Ваш супруг находится с нами в постоянном контакте.

Сначала я не поняла, о ком он говорит, потому что подумала о своем первом муже и никак не могла взять в толк, какая может быть защита, если он находится сейчас в Советском Союзе. Потом поняла, что полковник говорить о Дьяволе, и теперь уже у меня в голове все окончательно перепуталось. Хаос, царивший до сотворения мира, ни в какое сравнение не шел с хаосом, царившим сейчас в моем мозгу. Я молча смотрела на полковника. Наконец из хаоса вынырнула одна относительно четкая мысль. И я спросила – резко и агрессивно:

– А вы знаете о Мадлен?

– О какой Мадлен? – так же резко спросил полковник, а его веселые глаза сразу стали внимательными и зоркими.

Я глубоко вздохнула. Вот сейчас я могу покончить со всеми сомнениями. Хаос малость улегся.

– Полковник, – спокойно начала я, – вы знаете всю аферу, и вы убедились, что я умею молчать. Об этом свидетельствует факт, что я жива. У меня есть своя точка зрения на случившееся со мной, в моем распоряжении факты, и я делаю из них свои выводы. Полгода пребываю я в шкуре затравленного зверя, и мне просто необходимо немного покоя. Умоляю вас, во имя всего святого, скажите мне, что вы знаете о Мадлен? Я клянусь вам, что никому об этом не скажу. Вы знаете о Мадлен?