Изгнанница. Путь к свободе

Лавр рассказал, что после катастрофы людям приходилось учиться справляться со своими способностями. У многих от ощущения силы ехала крыша, некоторые начинали считать себя суперлюдьми, наделенными правом карать и миловать по собственному усмотрению. Кто-то решал, что рабовладельческий строй – это круто, и нужно вернуться к тем замечательным временам. А кто-то наоборот, что скатываться к первобытному обществу – последнее дело, и нужно сохранить то, к чему пришла человеческая цивилизация за долгие годы развития.

Лихорадило несчастных выживших долго, но постепенно выработались определенные правила, которым и подчинялись поселения. Разумеется, в каждом из них законы разнились – общего центра власти за эти годы так и не появилось. Слишком мало людей выжило, слишком сильно они сами проредили свои ряды, справляясь со своими способностями и пытаясь выжить и найти свое место в новом мире. К тому же и сейчас рождаемость не сильно перекрывала смертность – твари, порожденные катастрофой, не дремлют и не дают людям расслабиться.

– Нам еще далеко? – спросила я, оглядывая поселок.

Хотя его можно было смело назвать небольшим городом.

Скорее всего, это раньше и был небольшой городок. Ровные улицы с раздолбанным асфальтом, через который кое-где прорастала трава, и пятиэтажные дома, вдоль которых мы шли, четко на этот указывали.

– Нет, здесь недалеко. Устала?

– Если честно, еле ноги волоку.

– Потерпи, скоро будем на месте, – с сочувствием посмотрел на меня парень.

. Путешествовать пешком на такие расстояния да еще с непривычки – то еще удовольствие. Было видно, что и он сильно устал.

Навстречу нам попадались спешившие куда-то люди, некоторые нас обгоняли на стареньких велосипедах, но все поглядывали на меня с любопытством.

– Слушай, здесь ведь раньше город был. Я права?

– Был. Но теперь городом называют только твой Ковчег, и это слово в поселках имеет негативный оттенок.

– Почему?

– Понимаешь… Вот как, к примеру, после катастрофы возникали населенные пункт?

– Как? – удивленно спросила я.

– Постепенно. Вон видишь? – он указал рукой на какую-то груду камней и колотых кирпичей у края дороги. – Это остатки одной из самых первых стен. Наше поселение росло скачкообразно и точно так же отвоевывало у тварей жизненное пространство, – и хмыкнул: – Причем твари часто выступали в человеческом обличии. Если хочешь, дам почитать историю новейшего времени. Мой отец сам ее составлял.

– Угу, – кивнула я. – Так что не так с городом? Почему вы его ненавидите?

Лавр остановился у входа в наполовину разрушенное здание, которое раньше явно было административным.

– Пришли. Я здесь живу.

– А тут не опасно? – я задрала голову, рассматривая подточенные временем колонны, облупившийся фасад и развалившееся правое крыло. Хотя стоит отметить, что даже сейчас было видно, что когда-то это здание было красивым.

– Нет. Не опасно. Здесь раньше была библиотека, отец прежде, чем в нем поселиться, все проверил и укрепил что нужно. Но сейчас он живет в другом месте.