«Сон Феникса»: Огниво Хаоса

– Если она заставит тебя на своем «экзамене» сразиться с Темным Алхимиком – скажи мне, – саркастически произнес Лантан.

– Обязательно.

Кошмары мне продолжали сниться. Жуткие и самые разные.

В одном я теряла всех своих любимых. Мои друзья и родные умирали разными и страшными смертями. В других умирала я сама. Во сне всегда все кажется каким-то реальным, а потому я будто взаправду чувствовала, что вот-вот умру.

Каждую ночь я просыпалась в холодном поту. Я ничего не рассказывала об этом Ламберту и остальным – не хочу их тревожить.

Что до Кристеллера, то он не появлялся в моих снах, но его имя часто там упоминалось.

Часто сны напоминали мне о появлении в нашем доме Кумакакаток. Их пророчество гудело у меня в голове.

«Тень выйдет на свет».

Я бы попросила Винсента разобраться в этом, но он был сильно занят поисками информации о том, как спасти Киру от чар Печати Катаклизма.

Общаться мы с Кирой наедине стали реже. Прежде мы любили валяться вместе и часто обниматься. Ее нынешнее состояние просто не позволяло нам это делать. Оставалось только всеми силами поддерживать ее.

Для меня Кира стала кем-то, вроде больного члена семьи, за котором нужно ухаживать. Но больше всего она нуждалась в психологической поддержке.

Она часто плакала. Я сама слышала. Все слышали. И больно становилось от осознания того, что я (и никто из нас) ничего не могу сделать, чтобы облегчить ее страдания.

Моим друзьям приходилось прикладывать много усилий, чтобы: первое – утолять ее Голод, второе – скрывать от всех ее сущность. Профессор Борменталь также иногда заглядывал к нам, навещая свою дочь. Он сообщал о том, что Государственный Алхимический Центр отложил все свои проекты и занимается только одним – поиском лекарства, которое сможет излечить Порождение.

Пока что их исследования не увенчались успехом.

Теперь о Ламберте.

Учитывая то, что он постоянно меня подвозил в Резиденцию и забирал оттуда, наше с ним общение шло как нельзя лучше. Он рассказывал мне о том, что они делали, пока я занималась. Ламберт рассказывал о новых делах, проделках Винсента и шалостях Элиаса.

На одном из заданий им даже удалось пересечься с «Горгульями Полуночи» и Серебряными Охотниками. Даже Малик иногда заявлялся на «вечеринки». Он соскучился по мне кстати.

Единственное, что плохо – у нас не было времени для общения в более романтичной обстановке. Ламберт постоянно за рулем, и мы спешим домой. Даже не успеваем зайти к Моти. Один раз только удалось взять оттуда еду с собой.

Да, Ламберт целует меня при встрече и на прощания. Мы общаемся. Он обнимает меня. Нам легко. Но все это… не то.

Вы спросите: «Да что же тебе еще надо, Эмили Элизабет?». Я отвечу: «Более близкого и духовного общения».

Такое общение возникало в очень редкие моменты, когда мы с Ламбертом оставались наедине и при этом нам никуда не надо было спешить. Тогда, когда мы были предоставлены сами себе. Иногда просто хотелось взять и уехать прочь от всего и всех, чтобы быть только с ним.