Сахара и Судан (Результаты шестилетнего путешествия по Африке)

В то время как главы семей улед-солиман проследовали в Нгурр, чтобы произвести распределение тамошних финиковых пальм среди различных подразделений и групп племени, я со своим соседом Хусейном отправился в Джин, горя любопытством познакомиться с этим так называемым Белед-ал-Амйян (т. е. дословно, «городом слепцов» — название, происхождение которого я не смог установить). Этот оазис лежит километрах в шести к северо-востоку от источника Галакка, он овальной формы, вытянут в длину с востока на запад и состоит из пальмовой рощи, перемежаемой песчаными холмами и разделенной на северную и южную половину рядом дюн. Многочисленные, по виду довольно беспорядочно размещенные сады, где выращивают пшеницу, просо, дурру и немного мелколистного табака того сорта, что разводят в Феццане, свидетельствовали об определенном трудолюбии жителей. Хижины были совершенно такие же, как у кочевников Тибести и у наших арабов, и лежали разбросанно на песчаных холмах. Их немногочисленность, что-то около пятидесяти, мало соответствовала тем ожиданиям, какие я невольно себе составил, ибо Джин очень хорошо известен, тогда как о других оазисах Борку вряд ли услышишь в Феццане и Борну. Это обстоятельство, без сомнения, указывает на его прежнее большое значение, о чем свидетельствуют и многочисленные, связанные с этим местом предания. Кроме прочного замка у источника Галакка в Джине, как говорят, существовали еще три подобные постройки, развалины которых еще можно частично увидеть, однако отыскать их мне помешали протяженные песчаные дюны разнообразной формы. Сначала Адама Тои, человек благородного происхождения из Джина, который стремился насильственным путем добиться власти вождя, якобы возвел с помощью чужаков каменный замок, после чего его противники воздвигли для отпора ему похожее сооружение. Наконец, Али Бен Сиди, вождь гунда в Тибести, будто бы построил третье каменное здание в начале этого столетия, причем его назначение осталось неизвестным. Не знаю, основываются ли эти сведения на действительных событиях или нет, но я, во всяком случае, предполагаю, что это поселение имело прежде большее значение. Правда, уменьшение населения объясняется в какой-то мере тем обстоятельством, что незадолго до нашего появления оазисы Джин, Кирди, Нгурр и Эллебое выдержали нападения махамидов. По словам туземцев, помимо стад и другого имущества они увели с собою в плен около полутора тысяч человек. Даже если эта цифра вследствие обычной склонности к преувеличению оказалась бы сильно завышенной, все же в целом оазисе с трудом можно было отыскать хоть одного верблюда или какой-нибудь мелкий скот, а женщины и дети были редким явлением.