Тренировочные часы [ЛП]

— Папочка, я должна тебе кое-что сказать.

Уже поздно, половина двенадцатого, но у него сегодня была долгая тренировка с командой, и он только что устроился в гостиной, положив ноги на оттоманку и направив пульт на телевизор.

Когда он слегка наклоняет голову в мою сторону, знаю, что он слушает.

Я едва сдерживаю волнение.

— Кажется, я нашла себе жилье.

Отец не шевелится, не сводя глаз с экрана телевизора.

— Папа, я сказала…

— Я слышал, Тыковка. Как только ты назвала меня папочкой, понял, что ты что-то задумала. Мне просто нужно несколько секунд, чтобы переварить информацию.

Вхожу в комнату, сажусь рядом с ним на диван и поворачиваюсь к нему лицом, хотя он смотрит прямо перед собой.

— Это такое замечательное место, пап, — бормочу я. — Маленький дом, но не требует никакого обслуживания, и у меня будет достаточно места для моих вещей и сосед по комнате. Только один сосед, так что, все идеально.

Наконец, папа смотрит на меня.

— Где находится?

— На противоположной стороне кампуса, рядом с университетским центром. Один квартал, ты сможешь иногда заглядывать ко мне!

— А как насчет пожарных лестниц? Сколько их там?

— Э, нет? Там всего один этаж.

— Детекторы дыма?

— Я не посмотрела.

У отца дергается челюсть.

— Полагаю, ты так же не посмотрела, есть ли огнетушитель.

— Нет, но я могу написать соседу и спросить.

— Кто хозяин?

— Э-э, я не уверена. Я в субаренде.

— Есть подписанный контракт?

— Пока нет, но будет завтра, — вру я, делая мысленную пометку разузнать обо всем этом, чтобы у отца не случился инфаркт.

Губы отца остается сжатыми в прямую линию.

На самом деле он выглядит грустным.

— Папа, что случилось?

— Ничего не случилось, — он говорит неправду, что у него никогда не получалось, и я тоже хмурюсь. Если папа уже не рад, что я переезжаю, что же будет, когда я скажу ему, что живу с парнем?

Этого не случится.

По крайней мере, не сегодня.

Он скоро узнает. И. Он. Будет. В. Бешенстве.

— Я так взволнована, пап. Жилье идеальное. — Знаю, что это отвратительно, но закладываю основу для небольшого чувства вины, не в силах вынести его молчания. Хочу съехать, но хочу сделать это с чистой совестью. — Ты же знаешь, как я старалась... я думала, ты будешь рад за меня.

— Так и есть.

Обнимаю его и крепко сжимаю.

— О-о, ты такой ворчливый, потому что будешь скучать по мне? Не так ли?

Папа бормочет себе под нос:

— Что за дурацкий вопрос? Конечно, я буду скучать по тебе.

Громко смеюсь, прежде чем отпустить его, и откидываюсь на диванные подушки, взъерошив ему волосы.

Папа ворчит.

— Расскажи мне о своей соседке. Какая она?

«Вот дерьмо».

— Э-э-э, ну... — Давайте посмотрим, как я могу выразиться, не вдаваясь в подробности? — Играет в футбол. Хорошо разбирается в науке. В доме есть все, что необходимо, так что мне просто нужно найти кровать!

Папа обдумывает эту информацию.

— Можешь забрать ту, что в твоей комнате, или можем достать тебе поменьше, если эта слишком большая.

Он говорит это авторитетно, довольный, что решил мою проблему.

— Поменьше, наверное, лучше. Спасибо, папа.

— Как зовут эту девушку?

Я с головой погружаюсь в ложь.

— Элли... Элли.

— Элли? — Он щурится на телевизор. — Как ее фамилия?

— Сент-Чарльз.

— Элли Сент-Чарльз. — Он сужает глаза еще больше. — Почему это имя кажется мне знакомым?

Дерьмо. Что, если отец знает Эллиота, ведь его соседи по комнате были борцами? Мое жилищное решение рухнет, прежде чем даже начнется.

— Не знаю. Ты знаешь многих Элли?

Он не отвечает.

— Когда ты планируешь переехать? В следующем месяце? В начале следующего года?

— Не совсем. Мы — Элли и я — поговорили и решили, что лучше переехать в эти выходные, если это возможно.

Эта новость его не радует.