Тринадцатый апостол. Том II
- Автор: Вязовский Алексей Викторович
- Серия: Тринадцатый апостол #2
- Год: 2021
- Язык: русский
- Жанр: Мистика
Электронная книга - «Тринадцатый апостол. Том II». Краткое содержание книги:
— Тебе было мало книги Мертвых? — усмехнулся я — давно с бесами не встречался?
Луций осекся и замолчал. Вот так-то. А то все горазды чужими руками жар загребать. А у меня Силы больше нет — вычерпан до дна. Кольцо Соломона чуть не рассыпалось, Слово молчит. Случись что, кто будет там все исправлять?
— Вот завтра храмом и займись, Марк — распоряжается Галерий — я с утра прикажу собрать народ на площади, а ты им расскажешь, что нужно делать. Мотыги и ломы им в руки, и вперед. Да, и напугай египтян, как следует, чтобы они это место потом за десять миль обходили.
Префект прав, хочешь сделать хорошо — сделай сам. В моем случае — проследи, чтобы там все разнесли по камешку до самого основания. Отвлекая Сенеку от храма, меняю тему
И кстати, о мотыгах…
— Галерий, а почему бы вам не восстановить канал Фараонов? Зерно это отлично, но все больше дохода Египту приносят пряности из Индии, синский шелк. А их приходится тащить караванами от Красного моря. Можно же отрыть канал заново?
— Марк, это неподъемная задача — поморщился префект — Это сколько песка надо перетаскать…
— Неподъемная?! — рассмеялся Сенека — дядя, а ты видел Пирамиды? Да египтяне что угодно построят и восстановят.
— Так-то оно так, но одобрит ли это расточительство император? Торговля с Индией приносит неплохие налоги, но ведь в Риме введен строгий запрет на предметы роскоши.
—…на который богатым римлянам плевать! — поддел префекта племянник — И Сеян им в этом потворствует. Все жены и дочери сенаторов наряжены в запрещенный Тиберием шелк. Да, и сами сенаторы от них не отстают — тоги-то у них может, и из шерсти, а под ними туники из шелка.
— Тогда почему бы не увеличить поставку в Рим египетских тканей? — удивляюсь я — слышал, что египетский тончайший газ изо льна ничем не хуже китайского шелка, а на лен запрет Тиберия не распространяется. Тогда римское золото не покинет пределов нашей империи, а осядет у вас в провинции.
Префект задумался. Его пальцы мелко барабанили по столу, военные заинтересованно замолчали
— Марк, ты видимо не знаешь, что этот газ ткут только при храмах. В его изготовлении есть особые секреты, которые известны одним жрецам. И главный секрет — кроме них никто не знает, как изготовить изо льна такую тончайшую пряжу, чтобы газ потом просвечивал даже через несколько слоев. Если бы не упрямство и скупость местных жрецов, Египет давно бы завалил Рим своими льняными тканями.
Вот как… А я-то наивный считал, что дело в каких-нибудь особых ткацких станках или в высоком мастерстве египетских ткачей. Спешу скрыть свое смущение, отпивая вино из кубка и снова возвращаясь к сегодняшним событиям
— Я слышал, вы здесь тоже время зря сегодня не теряли?
— О-о-о! Мы здесь такие злоупотребления в магистратуре обнаружили! — радостно загораются глаза Луция
Дальше я узнаю, что в городе вскрылись случаи коррупции и вопиющего вымогательства с местных купцов и городских торговцев, а порт Мемфиса Захер Лизимба с помощью ближайших родственников и друзей вообще превратил в свою личную кормушку, прикарманивая часть взимаемой с кораблей пошлины. На фоне этого все другие злоупотребления властью, данной ему Римом, смотрелись уже невинными шалостями. Кажется, кого-то ждет суд и конфискация имущества. А Мемфису предстоит назначение нового магистрата и смена состава магистратуры.
И это правильно. Коренная элита, живущая в городах, подобных Мемфису, играет роль главного посредника между римским наместником и местными общинами. Именно через нее и выбираемых из числа этой элиты членов городских магистратур, и обеспечивается лояльность местного населения власти Рима. Так что контроль префекта осуществляется в первую очередь за назначенным им же магистратом города и деятельностью всей магистратуры в целом.
Да, уж… видимо придется нам здесь немного задержаться…
Глава 7
Ночью мне снится, что я снова хожу по разрушенному храму Сета, и снова рассматриваю древние статуи. На одной Сет изображен в виде воина совершенно фантастической наружности. В его одежде легко узнается навороченный военный комбинезон, с защитой из пластин легкой брони, на ногах — высокие берцы с толстой рифленой подошвой, а звериная морда оказывается всего лишь причудливым гермошлемом.
Рядом со мной останавливается пожилой жрец — тот самый, который лежит теперь, погребенный под горой камней в подземелье этого древнего храма. От него тонко пахнет благовониями, его смуглая кожа матово блестит в свете факелов. Агрессии я от жреца не чувствую, в его густо подведенных глазах только бесконечная усталость и печаль.