Королевство Бахрейн. Лики истории

Из сказаний арабов Аравии, повествует в своей «Географии» Абу-л-Фида’ (1273–1331), известно, что Тарафа, «закончил свой жизненный путь» на Бахрейне, в крепости Ал-Мушаккар. Предания гласят, что любил он и «горький запах боя», и «аромат сладостей жизни», и «звук меча, и звон бокала». Вместе с дядей своим, Муталаммисом, тоже поэтом, гостил как-то при дворе короля Хиры. Случилось так, что во время одной из пирушек Тарафа не сдержался и сочинил едкую эпиграмму на владыку царства Лахмидско-го. Оскорбленный правитель вида не подал, но задумал отомстить поэту. И месть его была коварной. Он отправил поэтов «с посольством» на Бахрейн. Проводил с почестями. Каждому из них вручил по письму, адресованному его наместнику на Бахрейне. И взял с них «слово чести», что послания эти, для него, дескать, чрезвычайно важные, ими будут доставлены адресату непременно.

Муталаммис заподозрил что-то неладное и поделился своими соображениями на этот счет с Тарафой. Письма вскрыли — и узнали о подлом замысле короля ‘Амра ибн Хинда. В каждом из писем, врученным им владыкой Хиры, содержалось всего три слова: «Подателя письма убить!». Муталаммис письмо, имевшееся у него на руках, тут же уничтожил. Посоветовал сделать то же самое и Тарафе. Однако широко известный в племенах Аравии и любимый «златоуст», автор одной из «муаллок», победитель «турнира витязей слова» на конкурсе поэтов племен Аравии в ‘Указе, последовать примеру дяди просто не мог. Он восхвалял в своих стихах унаследованный от предков кодекс чести, включавший в себя такое понятие, как верность данному слову. Не сделав того, что обещал, Тарафа «покрыл бы себя позором». Мужчина, клявшийся в Аравии честью, непременно исполнял то, что клятвенно обещал, иначе становился посмешищем в глазах соплеменников, и отвергался ими. Поэтому «слово чести» Тарафа сдержал, и обещание, данное им и стоившее ему жизни, выполнил. Тарафу заживо погребли в крепости Ал-Мушаккар. И сделал это собственноручно наместник владыки Лахмидов на Бахрейне, ибо боялся он его, согласно преданиям, «пуще самума», смертельной песчаной бури в пустыне. Глядя в глаза наместника, Тарафа просил его лишь об одном: известить короля Хиры, что «слово чести», данное им прилюдно, он, Тарафа, сдержал (38).