Игла и нить [litres]

Вначале девочка не понимала правил игры, не знала, как стать незаметной. Она привлекала внимание: новенькая с блеклыми волосами и странными туфлями, живущая одна со своей тетей. Сирота. Не самая выигрышная комбинация. Анна надеялась остаться незамеченной, завести пару друзей, спокойно учиться, но слухи поползли почти сразу. Дарси, Оливия и Коринн вошли в раж: они запускали одну сплетню за другой, передавали их из уст в уста, постоянно полоскали ее имя, следя за тем, чтобы Анна быстро растеряла всех друзей, которых успела на тот момент завести.

Такая странная – у нее даже телефона нет.

Кажется, она состоит в какой-то секте…

Я думаю, она сама убила своих родителей…

Нет, как только она появилась на свет, они взглянули на нее и тут же покончили с собой…

Тетя предупреждала ее, говоря, что таких людей, как они с Анной, непременно заметят, «если только мы не будем осторожны», и была права. Девочка использовала единственную доступную ей технику защиты: пряталась в своем наузе, исчезала из поля зрения, постепенно становясь тем, кем, как все вокруг думали, она была. Но подвох, как Анна поняла гораздо позже, состоял в том, что подобное поведение ничего не давало взамен: ни гнева, ни жалости к себе, ни слез. Потому что данный способ был действенным только в том случае, если работал в обоих направлениях: окружающие должны были читать в ее глазах – ее там больше нет. В конце концов «соковыжималки» потеряли к ней интерес. В издевательствах над Анной для них больше не было ни смысла, ни радости.

– Эффи Фоукс.

Дарси произнесла имя Эффи беспечным тоном, но Анна понимала, что староста школы только и ждет, чтобы установить свою власть над девушкой, которая перетянула все внимание на себя в самый первый день нового учебного года. Как только Эффи выступила вперед, по аудитории пронесся шепот.

Дарси, постукивая соломинкой от смузи по губам, смерила Эффи взглядом с головы до ног:

– У тебя слишком высокие каблуки. Если к завтрашнему утру ты не сменишь их, я буду рекомендовать дисциплинарное взыскание. – Эффи склонила голову набок и улыбнулась. Дарси сощурила глаза. – И юбка у тебя слишком короткая.

– Шлюшка. – Оливия попыталась замаскировать ругательство притворным кашлем.

– Я? Что ж, спасибо за комплимент. – При этих словах Эффи невозмутимо повела рукой.

Дарси никак не отреагировала на столь вопиющее неподчинение, но Анна знала, что староста школы была просто в ярости от поведения новенькой. Она медленно слезла со своего стула и подошла к Эффи, как бы прощупывая почву. Дарси щелкнула пальцем по сережкам, что обрамляли мочку уха Эффи.

– Это что, какая-то шутка? – издевательским тоном спросила она. – Нам не разрешено носить сережки.

– Но ты же носишь.

– О, прошу прощения, я неправильно выразилась. Не разрешено тебе. – Дарси сделала ударение на последнем слове. – Я также в курсе, что у тебя есть татуировка. Я видела ее сегодня утром на твоей руке.