Ледовая армия
- Автор: Погуляй Юрий Александрович
- Серия: Ледовые корсары #3
- Язык: русский
- Жанр: Пост-апокалипсис
Электронная книга - «Ледовая армия». Краткое содержание книги:
Неважно какой ценой.
Крошка стегала металл, и тот чуть потрескивал от напряжения. Волнами метель шуршала по стеклу кабины.
Но там, снаружи, точно кто-то был. Акула никогда не отличалась опрометчивыми тревогами. Вот только выбираться туда, проверять.
Она уперла дальнобой прикладом в пол, обняла холодное железо и прислонилась щекой к стволу. Хотелось спать, но...
В такую погоду даже самые голодные снежные львы не выбирались на поверхность. Зарывались, где могли, и пережидали. Человек же... Никогда бы не добрался.
Акула боролась со сном и страхами, сидя в крошечной кабине посреди метели, но в конце концов все-таки задремала. Ей снились тени вокруг харьера, шаги по крыше кораблика и скрежет стекла. Она хотела проснуться, и ей даже показалось, что она вырвалась из забытья. Увидела темную кабину, почувствовала холод металла дальнобоя под рукой.
От обзорного стекла доносился скрип. И ей казалось, будто нечто смотрит на нее оттуда, снаружи. Внимательно, страшно, а Акула никак не могла даже пошевелиться. Сон держал ее железными пальцами, вжимал в спальный мешок и не давал повернуть головы.
Акула даже взмокла от этого чувства, но так и не проснулась. А утром, когда рассвело, вскочила с оружием наизготовку и спросонья целую минуту водила стволом по углам кабинки. Затем опустила дальнобой, вытерла пот со лба подрагивающей рукой.
Сон, всего лишь сон.
Снег залепил смотровое окно кабины. Акула добралась до пульта, покрутила ручку с очистителем. Та зашуршала по замерзшему стеклу и обо что-то ударилась. Акула повторила поворот.
Шшшшш....бум... шшшш....
Она прищурилась, вглядываясь. Крутанула еще раз.
Шшшш... бум....шшшш..
Акула села в кресло, выжала педаль газа, вывернув заслонку обдува стекла. Поток горячего воздуха от работавшего всю ночь двигателя схватился теплыми зубами за обледеневшее окно.
Она крутила ручку очистителя, не отводя глаз от стекла. Та счищала тающий снег, и постоянно обо что-то ударялось. И это «что-то» с деревянным стуком било по стеклу.
Когда снег оплыл и свет Пустыни залил кабину, Акула поняла, что за странный предмет оказался снаружи.
Голова. Замерзшая голова на цепи, уходящей на крышу. Челюсть мертвеца свисала набок, закатившиеся и замерзшие глаза косили в небо. Акула не могла оторваться от черного, похожего на огромную сосульку, языка, торчащего изо рта покойника.
Шшшш.... бум... шшш.
А на стекле, которое выдерживало выстрел из дальнобоя, было нацарапано:
«ухади».
Акула хмыкнула.
— Хочешь пообщаться, милый? Так соскучился по женской ласке? Ну ничего, ничего. Я иду...
Метель сокрыла все следы, кроме головы, в обвязке из смерзшихся кишок. Кто-то пришел ночью, оставил это послание, и скрылся. Кочевники?
Акула содрала с крыши останки неизвестного ей человека, отбросила их в сторону. Если ночной гость хотел ее убить, то это не составило бы труда для него. Тот сон, наполненный беспомощным ужасом, и не был сном. По ту сторону харьера властвовал тот, кто в буране находит замаскированные корабли и цепляет им на крыши замерзшие головы. Ему ничего не стоило прорезать себе лаз сквозь стекло и взять ее.
По телу пробежались жар и совсем неуместное возбуждение.
Тот, за бортом, был опасен. И он хотел играть.
— Мы поиграем, милый.
Когда харьер выбрался на застругу и заскользил по снегу на юго-запад, Акула улыбалась. Гость ее заинтриговал. И даже чуточку испугал. Но она была непонятливой. Намеки — это не для нее.
Так что корабль кочевников Жнец нагнала в середине дня. Он полз, объятый ледяной крошкой, строго на юго-запад. Одинокое темное пятно на ослепительном теле Пустыни.
Сейчас Акула думала о нем иначе. Теперь это было не просто судно, ее изуродовавшее.
Рука в перчатке коснулась ноющей раны. Боль стрельнула, привела ее в себя.
… теперь оно несло в себе загадку.
Жнец сбросила скорость харьера. Белая машина взгромоздилась на вершину одного из холмов и там замерла. Акула же достала металлический, отполированный лист, и посмотрела на отражение.
Тут же пришла мука душевная. Без этих взглядов, без памяти она даже ненадолго забывала о произошедшем. О том, что жизнь не будет такой, какой была раньше. Что та платформа при обрушении расколола ее бытие на две части. До и после. А так хотелось вернуться назад.
Когда на лице не было этого...
Акула чуть отодрала от засохшей раны повязку, посмотрела на выступившую кровь и залепила обратно.