Ненавидеть и Владеть

— Бет, заткнись, — сказал я мягко. — Он шутит. — По крайней мере, я был уверен в этом.

— Перестань кричать, Бет. Уверена, что твоему брату нужно немного тишины. И я должна поговорить с ними наедине. Думаю, я сама дальше со всем разберусь, — бабушкин голос казался натянутым, будто она сама еле сдерживается, чтобы не начать кричать.

Бет процокала каблуками к двери и вышла, хлопнув ей. Этан с бабушкой оба вздохнули, и я рассмеялся.

— Ну и что я опять натворил? — спросил я. Мне трудно было держать глаза открытыми, но я чувствовал себя не так уж и плохо.

— В этом не было твоей вины, — сказал Этан, целуя меня в макушку. — Бабушка тоже думает, что тебе нужна свежая кровь. Никто из нас не способен долго продержаться на крови из пакетов или крови другого вампира.

Я кивнул. При мысли о ком-то рядом с собой, кроме Этана, мой желудок сжался. Я думал, что наша связь окрепла, и не понимал, почему Этан был в порядке, а я чувствовал себя, как мешок с дерьмом. Это нечестно, и немного обидно.

Я открыл глаза и понял, что мы в Храме не одни, с нами был еще один человек. Рядом с бабушкой стоял слишком молодо выглядящий паренек из «Поцелуя». Он выглядел таким напуганным, будто я мог наброситься на него в любой момент. Это заставило меня задуматься о том, какие россказни ходили по городу обо мне и Этане, но меня это не настолько интересовало, чтобы задавать вопросы.

— Я не хочу его кусать, — сказал я.

— Хорошо, — ответил Этан. — Если я его укушу, ты сможешь сам выпить его кровь?

Я кивнул, от этого маленького движения головой меня затошнило. Ненавижу чувствовать себя таким слабым, особенно перед Этаном. И то, что он был свидетелем моей слабости, угнетало меня еще больше. Я чувствовал себя размазней, и хотя я больше не ненавидел Этана, но все же хотел верить в то, что сильнее его.

Парень расслабился, поняв, что я его кусать не буду. Мне было непонятно, почему он так меня опасается. В последний раз он протянул руки нам обоим, но сейчас, казалось, что он не хочет, чтобы я касался его клыками. Ну и ладно. Благодаря его страху я чувствовал себя мужчиной.

Этан притянул мальчишку поближе к себе, его клыки так нежно вошли в кожу парня, что тот даже не вздрогнул. Я почувствовал запах крови, как только Этан прокусил кожу, и почему-то разозлился. Мне казалось, будто все замедлилось, и я медленно повернул голову к источнику этого сладко-горького аромата. Этан нежно пил кровь из запястья мальчишки, а меня бросило в жар. От вида Этана рядом с другим и его губ на чужой коже мое сердце начало гореть. Что-то в этом всем казалось мне таким неправильным, таким мерзким. И я был зол на парня за то, что он позволил Этану касаться себя, за то, что он одобрял все это.

Этан даже не успел отодвинуться от мальчишки, как я бросился вперед, впиваясь зубами в рану, приготовленную для меня, и терзая ее, словно собака — кость. Крик парня заставил меня лишь крепче сжать его руку.