Бег по спирали. Часть 1 [СИ]

Его горячие губы легко коснулись ее лба, а руки поглаживали ее ноги, спину, плечи. От этих прикосновений жгучие токи распространялись по всему телу девушки, согревая и успокаивая, вызывая сладкое неопределенное томление и приятную слабость. В плотной темноте страха и неизвестности он представлялся ей островком, дарящим тепло и ощущение защищенности. Крепкие руки, обнимавшие ее, и спокойная сила. Его запах обволакивал, пробуждая в ней какое-то животное чувство, бессознательное, инстинктивное и естественное, как сама природа.

"Странные люди - эти мужчины", - думала она. - "Когда они используют свою силу, чтобы заступиться за нас, женщин, а мы чувствуем их мощь, как защиту и опору для нас, слабых и беспомощных, то это возбуждает гораздо сильнее, чем когда они демонстрируют ее, чтобы утвердить свое доминирование и превосходство. Неужели им трудно понять такую простую вещь?"

- Ты же всегда только и мечтаешь о том, чтобы я рот вообще не открывала, - подколола она его, чтобы стряхнуть этот колдовской туман, окутавший ее мозг.

- А ты удачно выбрала момент, чтобы исполнить мое желание, - она ощутила его усмешку на своем виске. - Давай: расскажи, что-нибудь...

- Что?

- Ну... Например, о чем ты сейчас думаешь...

- О Тохе..

- О Тохе? - хохотнул мужчина. - И чем он такую честь заслужил?

- Тем, что он сейчас там, а мы здесь... Может, я пытаюсь ему телепатически послать мысль о нашем спасении, - насмешливо озвучила свои думы Ита.

- Нет, не получиться, - таким же тоном поддразнил ее Мирэк. - Тут даже мобила не берет, а про силу твоей мысли вообще говорить не стоит.

- Ну, вот почему ты такой противный? - упрекнула его девушка. - У меня даже создалось впечатление, что ты специально пытаешься подражать типичному киношному злодею. Тебе только еще осталось освоить канонический злодейский смех. Такой, знаешь, угрожающий и самодовольный. Как у доктора Зло в исполнении Майка Майерса.

- Ммм... Так вот почему я постоянно ощущаю, что образ неполный... Спасибо. Возьму на заметку, - продолжал хохмить Дарнов, словно не осознавая драматичности их положения.

- Нет, ну правда... Я серьезно. Неужели, у тебя никогда не возникало к людям других чувств, кроме презрения, злости и ненависти? Дружба, любовь, семья... Эти слова для тебя что-нибудь значат? Какие-то нормальные человеческие чувства ты когда-нибудь вообще испытывал?

Удивительно, но мужчина на эту отповедь не разозлился. Может, сказывалось влияние ситуации и некоторая интимность обстановки. Вдвоем - в холоде, темноте и тишине, нарушаемой лишь звуком их голосов, их дыханием и стуком сердец.

- Испытывал, - едва слышно ответил он. - Когда-то, очень давно, у меня было все. И любовь, и дружба и семья... А потом предательство, обман и смерть... А теперь ничего нет...

Воцарилось напряженное молчание. Девушке стало неуютно, и она решилась его нарушить:

- Ну, все понятно: несчастная любовь, разбитое сердце, разрушенная жизнь...

- Ничего тебе не понятно, - рыкнул Дарнов, сжав свои объятия так сильно, что Ита даже хрюкнула, испугавшись, что у нее затрещат ребра.