Избранные произведения в одном томе
- Автор: Гардинер Мэг
- Год: 2022
- Язык: русский
- Год: Интернет-издание (компиляция)
- Переводчик: И. Бабкин
- Жанр: Триллеры
Электронная книга - «Избранные произведения в одном томе». Краткое содержание книги:
Содержание:
Эван Делани (цикл)
— Ну и досталось же там тебе, — сказал он.
— Ничего особенного.
— Вот в чем состоит истинная храбрость. Когда очень страшно держать голову высоко поднятой и доводить дело до конца. Ты именно так и поступила. Поэтому и осталась в живых.
Слышать такое было очень больно. У меня было совершенно другое объяснение своего поступка. Самонадеянная дура. Я недооценила степень риска и переоценила собственные возможности. Быстрота ног и красивое вранье с такими подонками, как Минги, ничего не значат. Их ничто не остановило бы, что бы я там ни делала и что бы ни говорила.
Снова набежали слезы. Они щипали глаза и царапины на щеках.
— Черт побери, ой!
Я стирала их здоровой рукой. Марк достал платок и вытер мне лицо. Потом он пригладил мне волосы.
— Тебе нечего стыдиться. Ты меня слышишь? Ты попала в очень непростую ситуацию и сумела выйти из нее с наименьшими потерями.
— Отлично. В следующий раз я не стану выступать в тяжелом весе.
Его карие глаза от удивления округлились. Он улыбнулся, покачал головой и погладил мне руку.
— Тебе известно, что ты просто изумительна?
Потом он поднес мою руку к губам и поцеловал ее в ладонь. Потом он поцеловал меня в запястье, потом он поцеловал по очереди каждый из моих пальцев, подолгу задерживая губы на одном месте.
Это было невероятно трогательно, сексуально и вызывало поразительные эмоции. Убирать руку я не стала.
— Это потому, что ты этого заслуживаешь, — сказал Марк, кладя мою руку на постель. — Отдыхай. Мы с Брайаном будем все ночь рядом, за дверью.
Когда он ушел, я долго и молчаливо лежала. Начинало действовать обезболивающее. Притуплялась боль, притуплялось сознание, пока я не перестала обращать внимания ни на поломанные кости, ни на смещенные, вывихнутые суставы, а только на овладевающую мной дремоту. Я понимала, что теряю сознание. Я еще подумала минутку. Вошла сестра. Она спросила, не надо ли мне что-нибудь. Кое-что было нужно.
Я не могла дотянуться до телефона и попросила сестру набрать для меня номер Джесси.
Джесси сидел на берегу. Было холодно. Слишком холодно для плавания, но рядом с водой мышление становилось более ясным. В постепенно краснеющем освещении накатывающиеся волны казались белыми. Солнце наполовину зашло. Он сидел здесь уже долгое время.
Джесси наблюдал, как солнце, уменьшаясь в размерах, превращается в золотистую глазурь, которая покрывает океан. Наступили сумерки. Небо, уходящее в бесконечность, посинело и стало холодным.
Он видел перед собой два выбора. Первый. Его жизнь опустеет подобно небу, станет сначала синей, потом черной и наконец дойдет до абсолютного нуля. К чему приведет второй, он не знал. Возможно, к восходу солнца. Возможно, вернет на то место, которое он занимает так долго, — к хроническому полумраку, в котором боль лишала его всего, в котором глубокой ночью к нему являлись с мольбами привидения. Какой из этих выборов причинял ему наибольшее беспокойство, он не знал.
Волны все продолжали накатываться. Наконец, когда ночная тьма поглотила его собственную тень, он направился в дом.
Дозвониться до Джесси я так и не смогла. Его домашний телефон только подавал сигналы вызова, а сотовый был отключен. Лекарства усыпляли меня, и больше бодрствовать я уже не могла. Я попросила сестру, чтобы она передала Брайану мою просьбу продолжать звонить по обоим номерам. А сама погрузилась в темноту.
Глава 24
Зазвонил телефон, но он не обратил на это никакого внимания. Звонки прекратились. Он включил лампу. От ее света в окнах появилось его отражение. Ветер растрепал ему волосы. Глаза потухли. «Ну что за картина!» — как говорила его мать.
Опять зазвонил телефон. Кто-то настойчиво звонил — пятнадцать-двадцать сигналов вызова. Звонившие знали, что для того, чтобы поднять трубку, ему понадобится достаточно много времени, но обычно никто не звонил с такой настойчивостью. Наконец он ответил.
— Эван не пришла сегодня на встречу с нами, — выпалила Лили Родригес одним духом.
Это известие прозвучало для него как гром с ясного неба.
— Это невозможно.
— Не появлялась она и в порту. И если она сейчас не с вами, то это значит, что что-то произошло, поскольку Минги в порт явились. Так что у нас на повестке сто восемьдесят седьмая.
— Повторите, что вы сказали?
— Вы меня слышали.
Все в доме пошло ходуном. Сто восемьдесят седьмая. Это статья уголовного кодекса Калифорнии по убийствам.
Ее не было ни дома, ни у Ники, ни у Лавонн. Сотовый телефон был неисправен. Где же она?