Детектив-Ностальгия. Компиляция. Книги 1-11
- Автор: Сорокин Геннадий Геннадьевич, Новицкий Евгений Игоревич
- Год: 2021
- Язык: русский
- Год: Интернет издательство "Vitovt"
- Жанр: Другие детективы
Электронная книга - «Детектив-Ностальгия. Компиляция. Книги 1-11». Краткое содержание книги:
Я открыл окно, положил корку хлеба на подоконник.
– Ешь, товарищ!
Дверь в комнату распахнулась, и вошел ворон. Ростом он был метра полтора, коренастый, крепкий. Во рту ворон держал кусок сыра, под мышкой бутылку водки с сургучной головкой.
– Бог подал? – кивнул я на сыр.
– Подаст он, держи карман шире! – положив сыр на стол, ответил ворон. – В магазине спер, пока продавщицы о перестройке спорили. У тебя стаканы есть, из чего пить будем?
Я полез в посудный шкаф, а ворон, нарезая закуску, недовольно бурчал:
– Ты про какого бога спрашивал? Ваш, человеческий бог, воронами не интересуется, а у нашего своих забот полно. Умеешь такую бутылку открывать? Смотри и учись!
Ворон взболтнул водку, хлопнул крылом по донышку, пробка вылетела вместе с сургучом.
– Я еще в тридцать втором году у трактористов подсмотрел, как надо бутылки с сургучными головками открывать. Ну что, вздрогнем? Пей залпом, это водка довоенного разлива, она крепче, чем нынче делают.
Мы выпили, закусили твердым ноздреватым сыром.
– Тебе сколько лет? – спросил я собутыльника.
– Сто двадцать, я молодой еще. Мы, вороны, по триста лет живем.
– Прикинь, брат, как я опростоволосился: девочке колготки задом наперед надел.
– Мне бы твои заботы. У тебя сколько детей? Одна девочка?
– Утром еще мальчик был, но я не знаю, куда он делся.
– Может быть, ты его в другой детский сад отвел? Я как-то видел такую картину: мужик напился и перепутал детские сады. Пришел в чужой детсад ребенка забирать, а его нет! Воспитательницы бы и рады ему кого-нибудь подсунуть, а всех детей уже разобрали, некого отдавать. Но разве это заботы! – ворон вознес крылья к потолку. – Один, два ребенка – это так, для разминки. У меня их каждый год по шесть ртов вылупляется, все кушать требуют, а как их одному прокормить? Принесешь червяка, жена начинает скрипеть: «Почему одного принес? Где ты такую тощую мышь нашел? Размочи корку в луже, не сухарями же детей кормить!», а сама только и смотрит, как бы кусок пожирнее отхватить.
– Ты все триста лет с одной женой живешь или лет через пятьдесят меняешь?
– Каждый год с новой женой гнездо вью. Чем старше становлюсь, тем моложе подыскиваю. У нас обычай такой – молодежь на старухах тренируется, а солидные мужчины с молоденькими воронами крутят.
– Объясни мне, зачем надо девочке косички заплетать? У нее волосики жидкие, косички тонкие получаются, как мышиные хвостики. Разве нельзя ей модельную стрижку сделать?
– Нельзя. Обычай такой – пока девочка первый лифчик не примерит, она должна с косичками ходить. Ты думаешь, почему девчонки так любят себя в зеркало рассматривать? Ждут, когда грудь вырастет, чтобы от косичек избавиться.
– Я завтра же отведу ее к парикмахеру.
– Ничего не получится, – возразил ворон. – Первый раз к парикмахеру девочку должна отвести мать, с тобой даже никто разговаривать не станет.
Мы выпили еще, я захмелел.
– Ты знаешь, – откровенно сказал я ворону, – я уже внутренне смирился, что эта капризная девочка – моя дочь. Никуда я от нее не денусь: буду заплетать ей дурацкие косички, покупать говорящих кукол в «Детском мире», буду с ней в заброшенном парке белок кормить. Но я не пойму: как жить дальше? Я не люблю ее мать, а она не любит меня. Я не могу создать с ней семью, а жить вместе только ради общего ребенка – это условность, это путь в никуда. Я точно знаю – меня ждет встреча с другой женщиной, а тут ребенок встал на пути, и не объехать его, не обойти.
Здание задрожало, как при землетрясении.
– Что случилось? – встревоженно спросил ворон.
– Старуха Зульмат общагу трясет, – догадался я. – Хочет меня под обломками похоронить.
– Ты как хочешь, а я пошел!
Ворон открыл окно и вылетел на улицу.
Старухе не удалось разрушить общежитие, тогда она расплавила два первых этажа, и я опустился вниз до самой земли и оказался в своей комнате в Верх-Иланске. За окном по улице пастух гнал стадо, за моей спиной гремела посудой женщина, моя жена.
Стадо было огромное, тысяч сто голов, не меньше. Коров в него согнали со всей Сибири, и теперь они, мыча и звеня колокольчиками, шли бесконечным потоком по улице, а я боялся обернуться и посмотреть – на ком же я женился в конечном итоге? На Наташке, на Колосовой или на Светке? На ком из них?
Не только мне было тяжко этой ночью. Лене Меркушину тоже пришлось несладко. Он так и не оправился после удара, нанесенного беспощадной Натальей. Поняв, что зашел в жизненный тупик, Меркушин поднялся в туалет на пятый этаж, открыл окно и выбросился на асфальт. На его похороны никто из нашего отдела не пошел. Предательство у ментов не в чести, колдовство – не отговорка.