Моя слабость

― Странно, что у меня другие сведения.

― Это ложь, мама. Все из‐за Макса, который слишком много чесал языком. Ты была так рада за меня, что мне не хотелось признаваться. Прости.

― Значит, между вами никогда ничего серьезного не было? ― с огорчением в голосе, уточнила мама, на что я едва заметно покачала головой.

― Гриша не тот, кто мне нужен. Он богатый деловой мужчина, который подписывает документы в компании каких‐то девиц, которые нужны там для статуса. Я этого терпеть не буду.

― Вы совсем не общаетесь?

― Сейчас нет. Хотя он считает, что я его женщина. Но при этом отдыхает с какой‐то бабой, которая на все готова ради денег. В общем, давай договоримся, я свободная девушка, а Гриша, это просто… случайный прохожий.

― Мне очень жаль. Но теперь я хотя бы знаю правду.

Я улыбнулась и сжала руку мамы, которая очень расстроилась, узнав правду. Но лучше так, чем постоянно жить во лжи.

Больше поднимать тему о Грише мы не стали. Немного перемыли косточки знакомым девочкам, поговорили о моей работе, и мама уехала домой. Я вернулась на кухню и улыбнулась. На столе стоял пирог с моей любимой малиновой начинкой. Всегда любила мамины пироги. Они самые вкусные, а главное, сделанные с душой. Если мне посчастливиться стать матерью, я тоже буду такие печь, чтобы у моего ребенка были приятные воспоминания из детства. А сколько я помню, мне мама всегда пекла пироги, булочки и различные лакомства.

Грустно улыбнувшись, отрезала кусочек сладкого, и налив еще кофе, решила, что сегодня порадую свой желудок, а завтра уже пойду в зал. Только вот если говорят от сладкого настроение поднимается, то у меня наоборот. Стало очень грустно и обидно. Почему Гриша именно такой? Неужели я ему совсем не нравлюсь? Зачем тогда громкие слова о том, что я только его, и он никому не позволит ко мне подойти. Для чего эти собственнические жесты?

Отставив пустую чашку в раковину, отметила, что на улице уже полностью стемнело, и на душе стало еще тоскливее. Одиноко. Надоело мне быть одной, хотя и претенденты на мою руку и сердце были, только вот я ничего к ним не чувствовала. А сейчас стало так обидно и холодно, что захотелось просто расплакаться. Я не понимала своих чувств к Грише, не могла сказать, что это влюбленность, но он мне нравился. Он мне был интересен, а я ему нет. Конечно, ведь я не та, кто будет расставлять ноги по каждому его зову. Не та, кто будет терпеть его выходки и похождения по бабам. С такой, как я, ему будет скучно.

Погасила свет в комнате и сбросив с себя одежду, в одном белье завалилась на кровать и укуталась в одеяло. Сама не знаю почему, по щеке покатилась слеза. Хотела ли я, чтобы Гриша сейчас обнял меня? Да. И мне не стыдно в этом признаться. Я хочу его ласки, но только не такой, чтобы ради секса. Просто хочу объятий и заботы.

Резко отбросила одеяло, включила светильник и отыскала в комоде Гришину футболку. Ту самую, в которой уехала из леса. Стянула лифчик и надела на себя футболку. Если честно, я даже не постирала ее, чтобы сохранить запах моего грубияна.